Удалось найти лишь небольшую воспаленную точку на бедре лошади, похоже, беднягу кто-то укусил. В итоге Эллина отобрала мою кобылу, а мне пришлось сесть за спину к Тони. Мы и время потеряли, и скорость нашего отряда немного упала.
Солнце скрылось за горизонтом, дорога вновь стала пустынной. Пахло тиной и какой-то гнилью. Вокруг нас стаей кружила мелкая надоедливая мошкара. Деревень вокруг давно не было видно. Дорога шла по насыпи, по обеим сторонам которой тянулись болота. В лунном свете поблескивала вода. Перепрыгивали с кочки на кочку лягушки, шелестела листва на редких кустарниках.
— Долго еще? — спросила я.
Глаза закрывались от усталости, в седле я еле держалась.
— Видишь огни впереди? — спросил Дэниел. — Это Тилис. Переправимся через реку и, считай, приехали. Потерпи, немного осталось.
Огни, если присмотреться, и правда можно было рассмотреть.
— Ага… спасибо.
— Дэн, сделай что-нибудь с этими мелкими кровососами! — раздался капризный голос Эллины. — Уже сил терпеть никаких нет!
— Ох уж эти женщины, — вздохнул маг.
Я почувствовала дуновение свежего ветерка, а затем вся мошкара куда-то испарилась.
— Где мы все же? — ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотала я.
— А сама не догадалась? Тилисские болота, — как-то зло усмехнулся Шейран. — Совсем ничего в географии не смыслишь?
Чего это он? Вроде злиться на меня не за что, весь день я вела себя тихо, как мышка.
— Деревенщина! — фыркнула Эллина.
— Как некоторые, в Академиях не обучалась! — не удержавшись, огрызнулась я.
К счастью, мою реплику спутники оставили без внимания.
И все же стыдно-то как! Шейран прав, могла бы и догадаться, где мы находимся. Город посередине пути между Артанией и Ниарисом — Тилис. Река, на которой этот перевалочный пункт расположен, — Тилисия. Сам город стоит на высоком берегу, а низкий берег покрывают знаменитые Тилисские топи… Мне преподавали географию Рианской Империи, вот только давно это было.
Огни впереди стали ярче, уже можно было различить очертания горбатого моста, перекинутого через реку. По бокам дороги потянулись жалкие, возвышающиеся на сваях лачуги. Это был не город и даже не его предместья, а заброшенная деревушка. Место мрачное, зловещее и пребывающее в сильном запустении, — просевшие крыши, покосившиеся и обвалившиеся стены — гнетущее зрелище.


















Комментарии
Добавить комментарий