Ройс пребывал в полной растерянности с той самой минуты, когда ее втолкнули к нему в комнату. Он сразу же почувствовал сильнейшее влечение к ней, и это так отличалось от того, что ему следовало бы испытывать по отношению к ней, что он был просто ошарашен. Она вызывала у него отвращение. Он ненавидел ее, он ненавидел всех женщин такого сорта. И, однако, когда он увидел ее, первым побуждением его было дотронуться до нее. А когда поддался этому порыву, то обнаружил, какая у нее мягкая и нежная кожа.

Она была слишком красива, чтобы быть настоящей, и Ройс ненавидел себя за то, что она пробудила в нем желание, пусть даже всего на несколько мгновений.

Хуже всего было то, что он позволил ей это увидеть. Пытаясь всячески унизить ее, он поступал так ради самого себя, а не для того чтобы задеть ее. Он вынужден был напоминать себе, кто она такая. Она готова была продать свое тело любому мужчине за определенную цену. Вне всякого сомнения, она побывала в объятиях всех мужчин на корабле. Она была обыкновенная норвежская шлюха. Ни одна женщина не могла вызвать в нем более сильного отвращения.

Но он вовсе не чувствовал к ней отвращения, и это-то и смущало его.

Он ожидал, что она будет испуганной и покорной, как любая другая, оказавшаяся в ее положении. Она должна была съеживаться при виде его гнева и просить пощады. Тогда он мог бы ее презирать. Но вместо этого она постоянно сбивала его с толку. Она дерзко отвечала на его вопросы и улыбалась, когда он приходил в ярость. Она смеялась, когда он оскорблял ее. Как мог он бороться с этим необузданным влечением, когда она не переставала удивлять его своей непредсказуемостью?

– Может быть, мне лучше уйти? Ройс резко обернулся и смерил ее свирепым взглядом.

– Ты не будешь выходить за порог этого дома, женщина.

– Я имела в виду, что мне лучше избавить тебя от своего присутствия, поскольку совершенно очевидно, что оно очень тебя раздражает.

– Я зол вовсе не из-за тебя, - заявил он, и эта ложь с поразительной легкостью слетела с его языка. - Но ты можешь идти. Только вначале надень вот это.

Он взял кандалы со стола и швырнул их ей. Кристен автоматически подхватила их на лету. Цепь обернулась вокруг ее запястья, и тяжелое железное кольцо ударило ее по локтю с такой силой, что она поморщилась.

В ее руках эти кандалы могли превратиться в грозное оружие, но она даже не думала об этом. Она с ненавистью смотрела на эти оковы.

– Ты заставишь меня по-прежнему носить их?

Он коротко кивнул.

– Да, чтобы ты знала, что твое положение ничуть не улучшилось, а просто изменилось.

Она посмотрела ему прямо в глаза, и на ее лице промелькнула тень презрения."

"– Я ничего подобного и не думала. - Она опустила руку, цепь медленно раскрутилась, и кандалы упали на пол. - Тебе придется самому надеть их на меня.