Из машины вышли оба командира. Прислушались, быстро посовещались. Тот, что встречал банду с грузом, тут же начал звонить куда-то. Получил, видимо, команду, передал ее второму, оба тут же отдали распоряжения и сели в машину. К ним присоединился только водитель, а два охранника остались с прибывшей группой. «Опель» слишком торопливо стал разворачиваться и выезжать к дороге, и потому несколько раз чуть было не застрял. Все-таки создан он был вовсе не как кроссовая машина. Но все же выехал. И теперь уже был слышен звук его двигателя, быстро удаляющийся. А в группе оставшихся сразу выделился командир из охранников «Опеля».

Так, видимо, распорядились уехавшие. Командир стал что-то объяснять, показывая руками то на заросли на склоне, то в сторону приближающегося звука двигателя БМП. И в это время подполковнику Гризадубову позвонили. Помня предупреждение подполковника Оздемирова о том, что могут звонить напрямую из Москвы, Алексей Викторович сначала посмотрел на определитель номера. Да, звонили не с трубки Оздемира Оздемировича.

– Слушаю, подполковник Гризадубов...

– Утро доброе, товарищ подполковник, – сказал незнакомый уверенный в себе голос.

 – Полковник Горемыкин, Федеральная служба безопасности... Меня зовут точно так же, как вас, Алексеем Викторовичем, и теперь мы будем работать с вами напрямую. Подполковник Оздемиров должен был вас предупредить...

– Да, меня предупредили.

– И отлично. У нас только что закончилось небольшое совещание по вашей настоящей ситуации. И принято решение ликвидировать эту группу убийц, а вам потом заниматься конкретно поисками Везирхана Дашаева.

– Вы могли бы позвонить пятью минутами раньше... – с сожалением сказал Гризадубов.

– Это что-то решает? – не понял московский полковник."

"– Это многое решает. Пять минут назад на месте еще была машина с двумя главарями, с грузом, который банда доставила в зону карантина, и с деньгами. По нашим подсчетам, там было сто банковских упаковок по десять пачек в каждой упаковке. В зависимости от купюр, в машину загружено от миллиона рублей до полумиллиарда. В любом случае, это большие деньги, и идут они, надо полагать, не на благотворительность...

– Так что же вы не действовали? – спросил полковник с возмущением.

– Меня предупредил подполковник Оздемиров, что необходимо дождаться приказа. У нас автоматы чесаться начали, так хотелось действовать... Но мы люди военные и вынуждены были ждать приказа.

– А сама банда?

– Начинаем уничтожение...

– Пленных не брать. Вам их просто деть будет некуда... Раненых – добить. Иначе, если просочится какая-то информация, она может быть истолкована в народе как угодно, и поднимется паника.

– Понял, товарищ полковник. Но расстрел пленных – это военное преступление...