Им всем, боевым офицерам спецназа, не следовало объяснять, что такая тактика передвижения, во-первых, требует в ночное время обязательной видимости тех, кого прикрывают, а это дистанция не больше десяти метров; во-вторых, тактика прикрытия перебежками применяется при преследовании, когда требуется огнем заставить залечь преследователей. В данном случае преследователи сидели по бокам от людей в черном и с любопытством наблюдали за игрой в войну. Но высказать свое громкое «фи» не пожелали, потому что не имели намерения подгонять противника. «Фи», хотя тоже не слишком громкое, потому что английская винтовка имеет качественный глушитель, пожелал сказать подполковник Гризадубов.

– Луговкин, подпорть им рюкзаки... Хотя бы пару штук, для наглядности. И предупреждай, в которого стреляешь, чтобы знали, куда смотреть... Не промахнись. Так бей, чтобы человека не задеть... Всем! Внимание! Догоняем и обхватываем. Наблюдаем за реакцией...

– Темно, товарищ подполковник, – то ли возразил, то ли пожаловался старший лейтенант Кошкин.

– Да... Хоть бы луна высунулась... Луговкин! После выстрела сам тоже смотри. Может, тепловизор что покажет, если вживую увидеть не удастся... Комментируй по ходу дела.

– Я на склон, – доложил снайпер. – Сверху видно лучше...

– Гони в темпе...

Подполковник еще не договорил, как старший лейтенант растворился в темноте, совершенно неслышимый даже своим товарищам, умеющим ночь слушать.

– Остальным! Вперед... С двух сторон обходим...

Такой маневр сложности не вызвал. Группа разведчиков быстро растянулась по двум склонам, тогда как люди в черном шли между сопками, и шли медленно, продолжая нелепые действия с прикрытием. Конечно, разобрать что-то конкретное в темноте было достаточно сложно, но еще до того, как спецназовцы вышли на точки наблюдения, небо над головами начало мрачно сереть. Восход приближался, и этот восход нес в себе возможность получить информацию. Толком никто не понял, что желает узнать подполковник Гризадубов и что он надеется увидеть. Но приказ был, и его требовалось выполнять.

К моменту первого выстрела быстрый горный восход уже приблизился вплотную – хотя еще не утро пришло, а только преддверие утра. А следом за преддверием должно было и солнце выйти, пусть и невидимое из-за туч, но солнце тучи насквозь просвечивает, и хотя бы слабая видимость обязательно пришла бы. Но старший лейтенант Луговкин в природной и естественной видимости не нуждался, ему помогала электроника тепловизорного прибора.

– Начинаю с третьего в замыкающей группе...

– От нас третьего? – переспросил подполковник, с трудом третьего выделяя, потому что люди в черном бежали почти на одной линии. Но почти – это не точная линия, и потому кто-то все равно отставал, а кто-то вперед вырывался.

– От нас...