Никогда спецназ ГРУ не сможет проломить строй противника так, как это может спецназ внутренних войск, никогда спецназ ГРУ не сможет без применения оружия разогнать митинг или демонстрацию, разбушевавшуюся выше предельного уровня. Но никогда спецназ внутренних войск не сможет, оставаясь не обнаруженным, стремительно пройти по тылам противника, снимая часовых и не оставляя следов, собрать необходимые данные и вернуться, чтобы доложить эти данные командованию. Для каждого вида функциональности спецназа существует собственная система подготовки. И потому нельзя говорить, что кто-то лучше, кто-то хуже. А быть универсально подготовленным – это значит, что в каких-то определенных дисциплинах уровень подготовки будет обязательно снижен. Это понимал и сам Валтузин, это понимал и подполковник Гризадубов, и потому взаимных претензий они друг к другу не имели. Но хотя бы на время перехода периметра придется «краповому» капитану терпеть, и через себя перешагивать, и подстраиваться под стиль работы военных разведчиков. А капитан Валтузин не зря носил краповый берет и готов был доказать, что на него можно положиться, несмотря на недавно перенесенную тяжелую болезнь.

* * *– Машина сзади... – сказал капитан Валтузин.

Обернулись все. Звук двигателя едва-едва доносился, приглушаемый направлением звуковой волны, уводящей его в сторону. Потом на какое-то мгновение в ночной темноте показались фары, но быстро исчезли, хотя звук продолжал приближаться. Потом опять стали видны фары.

– Грузовик... – сказал подполковник Гризадубов.

Машина остановилась там же, где полчаса назад была высажена группа спецназовцев.

– Не за нами ли транспорт вернулся? Может, какие-то изменения в ситуации? – предположил майор Макаров.

– Позвонили бы... Связь есть...

Гризадубов пытался в бинокль рассмотреть, что происходит на дороге и почему машина остановилась там, где проходила высадка. Бинокль помог заметить только то, что свет фар несколько раз перекрывался, – это перед машиной проходили люди. Но кто это мог быть, оставалось непонятным.

– Луговкин! – позвал подполковник. – Удовлетвори любопытство...

Снайпер группы старший лейтенант Луговкин молча снял чехол с тепловизорного прицела своей винтовки. Казалось, офицер все делает вальяжно и неторопливо. Но Алексей Викторович хорошо знал, что привычная обстоятельность снайпера всегда выверена и порой бывает более быстрой, чем чья-то неумелая суета.

Приклад винтовки уперся снайперу в плечо, свободный глаз прищурился.

– «КамАЗ» стоит, тентированный... Высадил группу... В бронежилетах, в «разгрузках», вооружены пистолет-пулеметами «ПП-2000»[4], многие с глушителями... Похоже, желают двинуться по нашему маршруту.

– Преследование? – спросил Валтузин.