Теперь по поводу того, что же нам делать. На этот счет думаю посоветоваться с Вольновым. Возможно, у него будут какие-то дельные предложения.

— Кстати, насчет манускриптов! — Крячко энергично постучал кулаком по подлокотнику кресла. — Помнишь, Лева, уже давненько, как бы не десять лет назад, мы вели расследование по старинной библиотеке, которую нашли какие-то бродяги? Сколько всякого воронья тогда слетелось! И мафиозники, и какие-то масоны, и чья-то агентура. И все за манускриптами. Сегодня — я в этом уверен! — большая часть этих найденных книг находится за бугром.

А они там были самые разные, в том числе и по всяческим артефактам…

— Да, было такое дело, — сказал Гуров. — По поводу самого Береженникова я вот что думаю. Даже если он кому-то и передаст свой артефакт, то на безмятежный покой рассчитывать сможет вряд ли. Поэтому, на мой взгляд, ему надо опять исчезнуть, но теперь уже надолго.

— Как же это сделать?! — спросил Петр и даже округлил глаза.

— Профессору нужно получить документы на другое имя и поселиться где-то в ином месте хотя бы на ближайшие несколько лет. Но об этом из посторонних знать должны только несколько человек.

— Постой! — Теперь глаза Орлова, наоборот, сузились почти до дальневосточного формата. — Как же можно сделать человеку другие документы, чтобы, кроме нас троих, об этом вообще больше никто не знал?

Услышав это, Гуров загадочно усмехнулся.

— Варианты тут могут быть самые разные, — с непонятной многозначительностью произнес он. — Но мне так думается, что для начальника Главного управления уголовного розыска каких-либо проблем с оформлением документов, например в рамках программы защиты свидетелей, быть не должно.

Не так ли?

— Ага! — с сарказмом сказал Петр. — Сам же знаешь, что даже в США, где эта система работает давно, тоже хватает всяких заморочек. У нас, с нашей бюрократией, их в разы больше. На этот счет обязательно нужно решение суда, куча всяких согласований и тому подобного. А решать вопрос с документами для Береженникова как-то по-другому, неофициально, мы не можем. Это уже, согласитесь, будет самое настоящее нарушение закона!

— Так-так-так, — язвительно протянул Станислав. — Значит, в коленочках слабоват наш генерал. Ну и хрен с ней, с этой Австралией, как сказал старшина из РВСН, обнаружив, что его бойцы слишком усердно протерли спиртом пульт управления ракетными пусками.

Ладно, и без тебя обойдемся. Есть у меня на крючке один паспортист, потрясу его. Никуда не денется, состряпает. Пусть только попробует не согласиться!

— Ты чего это городишь-то?! — переполошился Орлов. — А ну-ка, отставить! Не дай бог твой фокус с паспортистом каким-то образом наружу вылезет! Нас всех тут же, в момент сожрут с потрохами. Не смей об этом и думать! Ладно уж.