Глава 43

Хочется расплакаться от чувств, которые испытываю к киллеру, и того, как грызет меня раскаяние, алкоголь и вина… перед Даней, который с самого детства был всегда другом, жилеткой. Мы оба дети своих родителей, которые во всю противятся системе.

– Завязывай, сказал.

Цедит слова и смотрит так, словно видит меня во второй раз в жизни. Холоден. Спокоен. На фиг я ему не сдалась со всеми своими чувствами и переживаниями. Бесчувственное животное, которому только бы добраться до моих мокрых трусиков.

Ненавижу!

– Маша…

Смотрю в глаза, покрывающиеся изморозью, Гринвуд звереет, но при этом лицо – маска, чистое, без эмоций.

Искры летят, кажется, что между нами огненная нить, потому что уже провода горят, фитиль подожжен и должно рвануть так, что снесет все в сторону.

Вскидываю подбородок. Я не терплю, когда мне приказывают. Я свободна, как ветер. Неужели не понял, что всегда, когда меня пытаются прогнуть, я рикошечу.

Да, глупая, да, борзая, словом, рыжая.

Замечаю, как сглатывает, и мощный кадык, наполовину скрытый высоким воротом рубашки, дергается.

Черт, я хочу прильнуть к этому монстру и приласкать хищника с дикими замашками деспота.

– Почему пьешь, Мэри?

Вдруг задает вопрос и у меня чуть челюсть не отвисает, неужели понял, прочувствовал меня?!

Отмахиваюсь и включаю стерву.

– Гринвуд, ты что, решил заделаться психологом?! Твои хамоватые фразы как-то не вяжутся, не находишь?!

Брови смыкаются на переносице. Не нравится. Потерпит. Не маленький. Мне тоже не очень приятно слышать его грязные словечки.

Хотя, вру. В его устах эти слова становятся чувственными и порочными, заставляют трусики увлажняться, а в самом сокровенном местечке ощущается пустота, которую может заполнить только этот горячий мужчина.

– Кусаешься, потому что знаешь, что не отвечу. Ты ведь чувствуешь себя со мной в безопасности, не ждешь удара. Только я умею наказывать, Машенька. Выстанывать заставлю за каждое слово, брошенное с такой небрежностью. Будешь боль с наслаждением путать.

Закусываю губу. В принципе, я уже поняла, что он имеет определённые познания. Надо ведь знать, куда бить, чтобы укладывать противника на лопатки.

И мне бы заткнуться и прислушаться к дельному совету, ведь, в принципе, я понимаю, что Джокер прав…

И вообще я не пью. Вот совсем трезвенница, просто… все из-за него! Из-за той неразберихи, которую этот несносный, грубый мужчина поселил в моей душе, приведя все в состояние апокалипсиса.

Только я тоже без тормозов и продолжаю цапаться:

– Человеческое тело – огромный сгусток нервных окончаний. Те же рецепторы могут откликаться как на боль, так и на приятные импульсы. Все дело в мозговых долях. Хочешь послушать лекцию по анатомии от будущего врача?

Прищуривается и в свинцовых глазах проскальзывают веселые искорки.