– Вперед!

Вера взяла на изготовку АКМ и побежала в обход здания; мы потрусили следом. Вид полуобвалившегося фасада и выгоревших внутренностей второго этажа вызвал нервную дрожь, но отвлекаться на учиненные рейнджерами разрушения было некогда.

Быстрей, быстрей, быстрей!

Открытое пространство – это всегда опасно. Одна пулеметная очередь – и отбегаемся.

Холод обжигал ноздри, на затылке непонятно с чего шевелились волосы, а кожу щипали разряды разлитого в воздухе статического электричества. И дышать будто нечем. И в боку колет. Совсем плохой стал. Вроде и через сугробы пробираться необходимости нет, а ноги еле шевелятся. Нет, так до леса не добегу…

– Стойте! – замерла на месте Вера, приметив направившуюся к нам от опушки нелепую фигуру в сбившемся набок маскхалате.

Лымарь опустился на одно колено, но девушка поспешила его остановить.

– Не стоит патроны тратить, – покачала она головой. – Пусть поближе подойдет.

И мы побежали дальше. Когда до бредущего к нам мертвяка осталось метров двадцать, Семен парой выстрелов раздробил ему колени, и, обогнув пытавшегося ползти горожанина, отряд заспешил к лесу еще пуще прежнего.

А то, не дай бог, кто выстрелы услышал.

Второй раз на неупокоенных нарвались уже у самой опушки. Сметенный к лесу снег вдруг зашевелился, и из него полезли растерявшие экипировку и оружие мертвецы.

– Огонь! – скомандовала Вера, и мы в несколько стволов принялись расстреливать бросившихся на нас ледяных ходоков.

Самого прыткого разметала на куски сотворенная Оксаной шаровая молния, с остальными тоже проблем не возникло ни малейших. Обезножили и принялись осторожно пробираться к согнувшимся под тяжестью снега елкам."

"Оказавшийся у меня на пути мертвяк вдруг довольно ловко пополз, цепляясь за промерзшую землю обломанными ногтями, я подпустил его поближе и дуплетом снес голову. Заметил торчащую из-под сбившегося маскхалата разгрузку и, стараясь лишний раз не прикасаться к слегка подрагивавшему телу, позаимствовал у слишком уж беспокойного покойника гранату.

Обычная Ф-1 с рифленым корпусом и уже вкрученным запалом. Страшновато, конечно, ее так вот с собой таскать, но чем черт не шутит, вдруг пригодится. Да и не выветрились еще полученные на военной кафедре знания. Вроде.

И, аккуратно убрав «лимонку» в карман, я побежал догонять остальных.

– Ну вот, а ты волновался! – добравшись до торчавших из снега обломанных верхушек елей, обернулся Линев к запыхавшемуся Алексу.

– Повезло, блин, – буркнул Шумов и вдруг рухнул лицом в сугроб.

Мгновение спустя донесся приглушенный хлопок, и мы тут же повалились в снег.