Весна была жаркая, а вытяжка тут явно плохо работала. А поскольку маги холода брали немало за свои услуги в этот период времени, госпиталь не мог позволить себе их.

— Что-то случилось? — уточнила я.

— Случилось. Случилось, — покачал тот головой слишком раздосадовано. Потом поставил в бумагах подпись и закрыл папку. Откинулся на массивное кресло.

Под ложечкой засосало. Неужели этот червяк что-то сделал?

Главврач снова протёр лоб, толстую шею. Я сидела и ждала, когда он наконец перестанет тянуть время.

— В общем, на тебя в коллегию врачей поступила жалоба.

— Основание?

— И даже не спросишь от кого?

— От лорда Леора Тарнблада? — для проформы спросила я.

— Именно. И он утверждает, что ты специально угробила жизнь его ребёнка.

— Я спасла жизнь Луизе Сверлей. При всём моём почтении, но вы и сами понимаете, если прочли мой отчёт, что я поступила верно.

— Лорд утверждает, что ты намеренно совершила ошибку, что ты могла спасти ребёнка.

— Я не знала, что она беременна. Об этом не было сообщено, когда узнали — было уже поздно, и я занималась самой Сверлей.

— Так вот… А ещё ты не допустила до операции Тэсс Осборн.

— Откуда ему знать об этом? — удивилась я.

— Не знаю, — покачал головой главврач, пока я кусала губы.

— Вы ведь знаете, что она теряется в критической ситуации, а там время шло на секунды.

— Это мы с тобой знаем, что она теряется. Но в документах нет ни слова о том, что она не готова к операциям и что она не может быстро и правильно принимать решения.

— Боги! — простонала я, прикрыла глаза и потерла переносицу, сразу вспомнив, как у молодого врача дрожали руки, когда она шила пациентку. Совсем ведь зелёная.

— Именно. А ещё он указал, что полностью уверен в том, что эта врач сработала бы более профессионально, чем ты, и что ты специально не пускала её к операции.

— Бред.

— Бред, — подвёл итог главврач.

— И что дальше? — обречённо спросила я.

— Мне жаль. Но пока будет идти разбирательство, ты отстранена.

— И как долго могут идти разбирательства? — спросила я, хотя в чудо на быстрое разрешение конфликта не верила.

— Комиссия завалена жалобами. Рассчитывай на месяц. Только…

— Что?

— Оплачивать тебе никто не будет твой вынужденный отпуск.

— Ясно.

А что я ещё могла сказать?

Проклинать разве что тот день, когда я встретила Леора. Вернее, это он меня встретил, а потом настойчиво добивался.

Ну каков же мерзавец!

Я вышла из кабинета, а потом собрала свои вещи и вышла на крыльцо.

Светило солнце, впереди был целый свободный день, а я даже не знала, что делать, потому что привыкла работать. Медицина — это моя жизнь, то, чем я живу, и теперь один невменяемый гад лишил меня работы.

И чем мне теперь платить за квартиру? Я снова потерла переносицу.