А лучше сделаем так, Виктор Сергеевич остаётся здесь, а мы идём дальше. Больше, чем уверен, что наша вальпургиева ночь только началась.

Дядя Витя взял стул и уселся между кроватями так, чтобы и капельницы хорошо видеть и следить за состоянием пациентов. Остальные собрали вещички и вышли из дома. Сон и усталость отступили на задний план, все прекрасно понимали, что если сейчас уйти на ночлег, то не было тогда смысла вообще приезжать. Не отпускала мысль позвонить Обухову, наверно и надо было бы так сделать, но сколько пройдёт времени, пока они приедут? А ещё докажи всем, что ты не верблюд и что это на самом деле необходимо."

"Новая болезнь, созданная в лабораторных условиях злым гением, задала нам кучу проблем и уже унесла много жизней, но боюсь, что это ещё далеко не всё. То, что происходит здесь и сейчас — это даже не применение биологического оружия, а всего лишь испытания. Значит модифицированный микроб ещё будут дорабатывать и совершенствовать. Этого выродка, устроившего адский эксперимент, надо срочно найти и обезвредить. Но где же вся эта толпа следователей из двух ведомств, которые грозились сюда приехать? До сих пор шнурки гладят?

Про возвратный тиф я помню из курса лекций по инфекционным болезням в мединституте. А тут у нас получается возвратная чума. И возвращается она даже несмотря на проведённое лечение, в котором участвовал целый взвод Питерских лекарей, даже больше. И тут меня осенило. Я же могу проверить результаты работы антибиотика прямо сейчас! Я же давал эти таблетки самой первой бабульке, дед которой так и помер, лёжа на лежанке к ней спиной.

— Так, братва, немного изменим траекторию нашего полёта, — сказал я, но Мария в этот момент уже указала на дом, в который чума вновь вернулась. — Ладно, поступим следующим образом. Вы втроём идите туда и ставьте капельницы с антибиотиком. В каждую надо добавить по сорок миллилитров из этого флакона, а мы с Марией вернёмся к моей самой первой пациентке.

— Я лучше пройдусь пока по улице и посмотрю в какой дом следующий надо спешить, — заявила девочка и, не дожидаясь моей реакции или ответа потопала вдоль улицы.

— Ладно, договорились, — буркнул я ей в ответ, но она меня уже не услышала.

Мы разбежались в разные стороны. Мои коллеги пошли бороться с «возвратной чумой», а я пошёл в гости к бабуле. Странно, что в час ночи мне не хотят открывать дверь, правда? Пришлось постучать ещё и ещё. Жаль, что позволил Марии уйти, но с ней и спорить бесполезно, она сама себе начальник. Наконец скрипнул засов, звякнула щеколда и дверь приоткрылась.

— Ты чего, сынок? — проскрипел старческий заспанный голос. — Чего тебе не спится-то?

— Как дела, бабуль? — спросил я. Разглядеть её лицо в темноте было практически невозможно.