На десятой минуте он стал хвалиться своими мнимыми достижениями, а единственным его достижением было то, что он смог окончить Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. Рон нахваливал себя как петух и кичился тем, что его семье принадлежит огромная угольная компания, в которой он намерен занять не последнее место, при этом Поултер не проработал там ни дня.

На пятнадцатой минуте мне вдруг нестерпимо захотелось открыть коробку, которую подарил мне Джефри и которую я, сама того не замечая, прижимала к груди так крепко, словно от нее зависела вся моя жизнь. А Рон все болтал и болтал, и в какой-то момент я просто перестала отвечать ему. Впрочем это его не остановило, как оказалось, для того чтобы вести увлекательный диалог ему достаточно лишь зеркала."

"Я сама не заметила, как мы пришли к конюшне. Уличные фонари освещали тусклым светом деревья, растущие вдоль стен и пустой левады. За дорогой был темный лес, а на холме стоял особняк Эвансов. Если бы не крыша, на которую падал лунный свет, то я и не заметила бы дом. Я обернулась, останавливая взгляд на особняке Фостеров, который в этот момент был больше похож на диско-шар: десятки ярких огней освещали не только само поместье, но и все пространство вокруг дома. В ночной тишине особенно хорошо слышалась музыка и неутихающие голоса гостей. Их было слишком много – людей, которых я видела впервые. Фостер стремился сделать фиктивную свадьбу праздником для меня, он знал, что я люблю быть в центре внимания, он хотел порадовать меня, но по итогу я чувствовала себя чужой на собственной свадьбе.

Но не чувствовала чужой рядом с ним.

Пока Фостер сохранял молчание, мы были почти счастливы, почти, потому что я всегда чувствовала его странное напряжение, видела сигналы и звоночки, но, как и раньше, игнорировала их.

Когда Джефри говорил мне правду, он выглядел по-настоящему раскаивающимся, ему не приносило удовольствие то, что он рассказывает, он не хотел, чтобы мне было плохо, я видела это в его взгляде, в каждом поцелуе и прикосновении.

Осознание того, что только его мнение я считала важным, отдавалось тупой болью в ребрах. Для хорошей свадьбы мне достаточно было лишь подруг и Джефри. Я не нуждалась ни в одном важном или уважаемом госте, я нуждалась в нем.

Громкий звонок вывел меня из раздумий. Я вытянула телефон из своей сумочки и, не взглянув на экран, ответила. Я ожидала услышать Фостера, и более того, хотела этого, но это был не он.

– Мисс Эванс? – спросил мягкий, но глухой женский голос. Я была миссис, но по-прежнему Эванс, ведь даже не раздумывала над тем, чтобы взять фамилию Джефри, должно быть, это еще одна деталь, которая не нравилась Фостеру. И почему-то сейчас я почувствовала укол вины за свою дерзость.