Я смог взять свои эмоции под контроль и, раз уж моего братишку пробило на душевные разговоры во время боя, решил воспользоваться моментом да выведать побольше информации.

— Что с Глебом? — быстро спросил я. — Что ты с ним сделал?

Мне в самом деле не давал покоя этот вопрос. Эдакий исследовательский интерес внутри меня изо всех сил рвался наружу.

Костя горько посмотрел на меня и тяжело вздохнул:

— Это моя вина, Максим. У него появилась огненная Метка, сама, без всяких храмов, и до того, как он достиг восемнадцатилетия. Глеб обратился ко мне за помощью в тренировках.

Братишка восхищался мной. К тому же мы были похожи в том, что у нас у обоих огненные Метки, появившиеся в раннем возрасте. Мы оба гении… Я, конечно, гениальнее, но… Эх! У меня есть умение, Максим, позволяющее развивать другим людям огненные Метки. На мой взгляд, не самое полезное умение… Но на брата я готов был тратить свои силы! Я практиковался на других — всё получалось. Но чёрт подери! С Глебом что-то пошло не так… — Он обречённо повесил голову.

Волна боли и грусти, хлынувшая от Константина, едва не сбила меня с ног.

— Короче, ты его убил, — резюмировал я.

— Это была случайность! Клянусь тебе! — в сердцах выпалил он. — В память о своём младшем братишке я поддерживаю его тело живым! Если я не буду выделять ему энергию, оно тут же умрёт! Блин… ты испортил мне настроение, Максим! Говори, сдаёшься⁈ Уже готов присоединиться ко мне и признать меня императором, как и желал наш отец?!!

— Я уже отвечал на этот вопрос, — произнёс я и взмахнул «Ледяной Яростью».

Мощный ледяной серп сорвался с лезвия моего меча, размножился и перенёсся к своей цели. Лёд со всех сторон врезался в тело Константина.

Мой противник вспыхнул концентрированным пламенем и начал притягивать к себе пламя полусферы.

Мой лёд начал быстро плавиться, но я уже атаковал вновь.

Вокруг Константина появился тёмно-фиолетовый ящик, мгновенно поглотивший моего брата. Я перенёс себя к ловушке-живоловке и с размаху вонзил в неё меч.

— Жёстко! — выкрикнул Константин из ящика. Он встретил лезвие меча, скрестив перед собой предплечья, и уплотнил пламя в точке соприкосновения. Мои ледяные серпы враг уже развеял, так что он мог концентрироваться лишь на мече.

Я давил что было силы…

Ну почти. Всё-таки часть моей энергии перманентно подпитывает Юрца и Фаю. А ещё часть я передал болвану. Константин назвал людей, подобных мне, «двухголовыми»? Ха! Яре услышать такое будет максимально обидно, а вот для нынешнего меня такое прозвище вполне подходит.

Ведь реально же, одна голова хорошо, а две лучше. И моё умение раздвоить сознание — делегировать часть полномочий энергетическому болвану — по сути, и есть проявление «двухголовости».