У каждого из них имелись артефакты-хранилища с могучими монстрами.

Этой команды хватило бы, чтобы посеять хаос в имении царевича Максима. А может быть, и вовсе стереть с лица земли имение, учитывая, что сам Максим находится во Франции.

— Наш план с баронессой провалился, но ничего… сейчас мы ему устроим, — весело говорил Константин жёнам. — Дадим Максимке понять, что его прошлые успехи лишь случайность! А случайности не повторяются больше двух раз.

— Любимый, без своих основных бойцов вряд ли они смогут дать тебе бой, — произнесла Нанджала."

"— Там, конечно, твой брат Владислав, да и слухи ходят разные про дом царевича Максима, но, если мы будем действовать решительно, можем уничтожить всё до того, как Максим вернётся, — поддержала её Жаклин.

— Думаете? — посмотрел на жён Константин. — С одной стороны, вы правы. С другой же… Если я сильно перенапрягусь, тело моего дорогого младшего брата не выдержит, — погладил он своё временное тело по груди. — Я и так устал его лечить и восстанавливать после игр с Максимкой. А мне бы очень не хотелось потерять Глебушку. А ещё, мне кажется, Максим успеет вернуться. Но, если ему не повезёт, увидит труп своей первой жены, и…

Константин в теле Глеба нахмурился и резко остановился.

— Стоять, — скомандовала остальным бойцам Жаклин.

— Что-то не так, любимый? — спросила у Константина Нанджала.

— А ты сама не понимаешь? — бросил он, напряжённо оглядываясь.

Затем широко распахнул глаза и повернулся к жёнам.

— Что он с вами сделал? — выпалил Константин.

— Что, любимый? — испуганно пробормотала Нанджала.

— Мой брат, когда вы были у него в плену, что-то с вами сделал, а⁈ Вы говорили, что «нет»! Что было на самом деле⁈ — начал он заводиться, и от его тела во все стороны повалил жар.

Африканка и француженка испуганно переглянулись.

— Ну… когда он лечил нас, я слышала его голос, как будто сквозь сон, — вжав голову в плечи, произнесла Жаклин.

— И что сказал тебе этот голос? — с пугающей нежностью пропел Константин, а жара от него стало ещё больше.

— Он велел не подходить к его владениям, товарищам и родным с дурными намерениями, — еле слышно пробормотала женщина.

— О-о-о… — протянул Константин. — Ну а ты, Наденька, что мне можешь сказать? — повернулся он к африканке.

— Со мной всё так же, — пискнула та.

— А чего же вы раньше не сказали мне⁈

— Я думала этот всего лишь сон! — выпалила Жаклин.

— Я тоже! И я не хотела тебя расстраивать, мой любимый!

— Дуры! — в сердцах воскликнул Константин. — Что бы я делал, если бы вас потерял?

— Ты бы… грустил? — осторожно предположила Нанджала.

— Конечно, дуры мои, — проговорил Константин и обнял обеих.

Спустя несколько секунд он мягко оттолкнул жён.

— Ну всё, хватит нежностей, терпите до дома. Наденька, готовься нас возвращать.