Пришлось даже выпить сонную настойку Тилли. Она была терпкой, с легким привкусом горечавки. Через полчаса я уже сладко спала, раскинувшись на прохладных простынях.

Проснулась я от оглушительного раската грома. Казалось, будто над моей головой треснула крыша. Гроза приблизилась к городу вплотную, неся на своих крыльях искры от молний, а вместе с ними свежий запах озона. В комнате было темно. Эта темнота давила на меня, ложилась на грудную клетку черной кошкой…"

"Я хотела встать, но не могла, скованная той странной силой, которую называли «сонный паралич». В детстве бабушка говорила мне, что помимо нашего мира существуют и другие.

Они совсем рядом, и порой мы сталкиваемся с их агрессивными обитателями. Эти сущности могут ловить нас между бодрствованием и сном, питаясь нашим страхом. Но нужно не поддаваться ему, тогда они уйдут. Конечно, у «сонного паралича» было вполне научное объяснения, но, повинуясь какому-то внутреннему порыву, я всегда мысленно повторяла в такие минуты: «Уходи, я не боюсь тебя. Прочь из моей комнаты!».

В этот раз я снова повторила спасительные слова и похолодела от ужаса, услышав ответ на свое безмолвное требование:

— Разве я могу уйти, когда только нашел тебя, моя леди? Я чувствую тебя на расстоянии… Твою дрожь, твой страх и твое сопротивление… Не нужно тратить силы, отталкивая неизбежное.

Тебе не справиться со мной.

— Кто ты? — прошептала я, чувствуя, что ко мне возвращается возможность говорить.

— Твой лорд. Твоя судьба, моя Рене, — прошелестело рядом. — Разве ты не чувствуешь этого?

Я ощутила почти невесомое прикосновение к своей спине. Пальцы чужака коснулись меня между лопатками, и от них к самому сердцу протянулась невидимая нить.

Это было неприятное ощущение. Мне казалось, что я вижу свое сердце, трепещущее в щупальцах черной паутины. Но в то же время по телу разливалось сладкая нега, отзываясь легким покалыванием в пятках. Пугающий диссонанс.

— Покажись… — с трудом выдавила я из себя. — Покажись!

Ощущение чужого присутствия за спиной исчезло. Внезапно комната озарилась белым светом от всполоха молнии, и я вскрикнула, увидев стоящего сбоку кровати мужчину. Он был высоким, широкоплечим, но в нем не было того изящества, которым могли похвастаться первородные кузены Коулман и Дилингтон.

Незнакомец больше походил на спортсмена-тяжеловеса. Мощная шея, выпирающие бицепсы и узкие бедра. За секунду трудно было рассмотреть подробности его внешности, но я заметила, что его подбородок покрывала темная щетина, длинные серебристые волосы, были заплетены в косу.

Мое тело снова стало послушным и, резко сев, я дрожащими руками зажгла свечу. Комната была пуста…

От прозвучавшего в этот момент раската грома задребезжали окна, а через секунду опять блеснула молния.