А когда у нее Ваня зайца назад захотел отбирать, она его отлупила этим зайцем.

— Отлупила? Ваню??? А он что?

— Разревелся, что ж еще. Слышала бы ты этот вой. Еле успокоила.

Я чувствую непонятную тревогу. И это вовсе не из-за коллеги, хотя Жанна хороший педагог и первоклассный воспитатель, она умеет найти повод к любому, самому неуправляемому ребенку. У нее даже Ваня Исаев ходит по струночке.

Ваня Исаев — боль всего нашего детсадовского коллектива. Его воспитывают по японской системе «икудзи», когда до пяти лет детям позволяют все, но намного большая боль — это Ванина мама.

Совершенно отбитое создание.

Мы уже и докладную заведующей писали, и уволиться грозились, но отказать Исаевым заведующая никак не может, у папы Исаева связи в мэрии. Ему Тагаев в начале лета хорошо хвост прищемил. Но это вылилось лишь в то, что Ваня перестал задирать Давида с Данилом, а в остальном как был невменяшкой, так и остался."

"— Сейчас на прогулку идти, не знаю, как ее вытащить, — продолжает плакаться Жанка, а я не могу избавиться от тревожного чувства.

— Она там? — указываю глазами на дверь спальни. Жанна утвердительно кивает, и я направляюсь туда.

Глава 10

Вхожу, и сразу вижу Соню. Девочка сидит на кровати, прижав к себе игрушечного зайца, и при виде ее маленькой хрупкой фигурки вдруг сжимается сердце. Как будто это я там сижу на кровати, и как будто это мне так горько и одиноко.

Вот только откуда я знаю, что она сейчас переживает? Не могу объяснить, просто чувствую, и все.

— Сонечка, — говорю негромко, стараясь не напугать девочку, — ты почему здесь сидишь?

Она не отвечает и продолжает сидеть, не поднимая головы, но я вижу, как она напряжена.

И мне вдруг хочется ее обнять, до зуда в ладонях. Девочка кажется нескладной и неловкой с длинной тонкой шеей и руками, тоже длинными и тонкими. Как веточки.

Но обниматься это непрофессионально, за время работы в детском саду я научилась прятать эмоции, поэтому подхожу и присаживаюсь на корточки.

— Там такие вкусные оладьи с вареньем. Ты любишь клюквенное варенье?

Соня молчит и лишь сильнее прижимает к себе зайца.

— Давай ты пойдешь со всеми на улицу? — стараюсь, чтобы голос звучал бодро. — Там можно побегать и поиграть.

— Не хочу играть, — вдруг отвечает Соня совсем тихо, — я хочу домой. Зачем он меня сюда привел?

«Он» — это, наверное, ее отец, тот самый миллиардер Арсанов, о котором вздыхает Альбина.

— Твой папа хочет, чтобы тебе было не скучно, солнышко, — продолжаю уговаривать малышку, осторожно поглаживая острые плечики. — Здесь много деток, с ними веселее, чем одной дома.