– Слушаю, – сухо ответила я, чувствуя себя уязвленной и оплеванной.

Чувство обиды на Ника никуда не делось, лишь усилилось, а уж когда он как ни в чем не бывало сразу перешел к делу, даже не попытавшись объясниться, я и вовсе вышла из себя.

– Что-то срочное, Марго?

Тон у него был такой обыденный и ровный, будто совсем недавно со мной по его телефону не говорила его подчиненная.

– Где ты был?

– В номере.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – ядовито спросила я.

– Что опять? Еще не остыла?

Голос его звучал устало, и на секунду мне показалось, что сейчас стоило притормозить и обсудить всё спокойно, но в последние дни я была так взвинчена, что здравый смысл меня покинул.

– С каких это пор на твои звонки отвечают подчиненные, Ник? Что она делала в твоем номере?!

Ник промолчал. Воцарилась пауза, только наше дыхание в трубку.

– Я забыл свой телефон в переговорной, Марго, Ева его принесла. Она мне сказала, что ответила на твой звонок, чтобы успокоить тебя и сказать, что со мной всё в порядке. Ты снова за свое? Я же уже не раз сказал тебе, что ревновать тебе не к кому.

Я его не видела, но мне всё явственнее казалось, что сейчас он хмурился. Даже голос был мрачным и каким-то разочарованным, даже не злым. Что-то внутри меня сжалось, и мне бы остановиться, но вранье, которое Ландау скормила моему мужу, окончательно вывело меня из себя.

– Твоя Ева говорила со мной, как с какой-то бедной родственницей, а никак не женой. Допустим, я поверю, что ты забыл телефон, и она его тебе принесла, но как ты объяснишь очередную лживую статью про тебя и эту Ландау? Снова скажешь, что это всё слухи?"

"– Что за статья, Марго? Ева всё, что вредит имиджу, подчищает в сети, так что ты, наверное, прочла что-то первой, пока спецы не успели сработать. Не придумывай ничего лишнего, хорошо? Я приеду, и мы поговорим.

– Я ничего не придумываю, Ник! Неужели ты не видишь, что Ева делает всё, чтобы пробраться к тебе в трусы?

– Марго, я тебе уже говорил, что Ева… – начинает он холодно, а я разочарованно качаю головой.

– Помню. Для тебя она особо важная. Как ты там сказал? От нее и ее связей зависит, выиграешь ли ты выборы. Даже переспишь с ней ради должности?

Воцарилась тишина. Мне даже показалось, что что-то раскололось надвое.

– Если ты продолжишь в том же духе, не удивляйся потом, что все твои домыслы станут явью, Марго.

Мне будто нож между ребер вонзили. Даже дыхание перехватило, а легкие сжались, если это вообще возможно ощутить.

– Ты… серьезно? – выдохнула я, чувствуя, как к глазам подкатили предательские слезы.

Меня буквально трясло, и я, не сдержавшись, всхлипнула.

– Черт, Марго, – выругался Ник и тяжко выдохнул. – Не нужно нам обоим нервы мотать. Я всегда был верным, никогда не давал тебе повода. Разве что-то изменилось?

Ты. Ты изменился.