— Мы не враги тебе, а вот разбойники, шепчущие, разный сброд…

— Детское баловство в сравнении с вашими игрушками, — процедил Даркнайт и показал подбородком в сторону секретера принцессы, на котором по-прежнему лежал, сверкая рукояткой, злополучный клинок.

Алисия фыркнула и закатила глаза:

— Ладно тебе! Останьтесь хотя бы до утра, обещаю больше не пытаться убить тебя!

— Нет, — отрезал герцог. — Порой стоит пожертвовать некоторыми удобствами, чтобы сохранить себя жизнь

Алисия выдохнула и сложила руки на груди:

— Но Мэрион…

— В безопасности, пока я рядом, сейчас это самое главное, так что не в этот раз, друзья, — последнее слово Даркнайт презрительно выплюнул. — Идём, Мэрион.

Я словно очнулась от дурного сна, скользнула растерянным взглядом по кусающей губы Алисии, отстранённому принцу Эйдану.

— Мэрион! — раздалось над ухом требовательно и властно. — Идём.

Увидела протянутую руку в чёрной перчатке, вероятно, герцог надел их, пока мы все мило болтали. Сглотнула и вложила в его огромную руку свою маленькую ладонь.

Алисия дёрнулась, но Эйдан удержал её на месте, затем наклонился к уху сестры и что-то тихо сказал. Что — я не слышала. Покорно шла к выходу из комнаты вслед за ним, своим тёмным ангелом, к которому меня до сих пор тянуло, словно магнитом.

Мы беспрепятственно прошли мимо стражи, мимо шумного зала, в котором продолжался бал, и оказались на крыльце. Лёгкие наполнил холодный ночной воздух, я поёжилась и взглянула на тёмное небо, надеясь увидеть хотя бы одну звёздочку — безуспешно, всё было затянуто тучами. Лишь бы дождя не было.

Оставили позади уютное тепло дворца, чужое веселье и спустились вниз по лестнице к ожидавшему нас экипажу. Всё это молча. Даркнайт безмолвно распахнул дверцу, но я вдруг обернулась к нему и спросила:

— Постой, а как же леди Стоун и Лушка?

— Кто? — в ночной темноте я едва видела его лицо, но готова была поклясться, что сейчас между его бровей залегла складочка.

— Моя служанка!"

"— Вернутся с запасной каретой, я не собираюсь разыскивать их по всему дворцу, время не ждёт, — он кивнул в сторону приоткрытой дверцы экипажа, поторапливая меня, и принял уздцы коня: поедет верхом, ну, конечно.

Я заглянула внутрь, на одинокие пустые скамьи, представила, как тоскливо мне будет трястись там в одиночестве, затем набралась наглости и шагнула вплотную к герцогу Блэку, вцепившись в отвороты его камзола. Подняла лицо, ища в темноте его взгляд, и горячо прошептала:

— Поехали со мной, Даркнайт, — добавила просяще и тихо, — мне будет одиноко и страшно в этой пустой карете.

Герцог Блэк напрягся, не ожидая подобной просьбы. Из-за туч выглянула луна, осветила карету и нас.