Все в черных костюмах и непроницаемых масках, двое целились в него из пистолетов.

Никита проворно метнулся за угол и, обнаружив перед собой окно, бросился наружу прямо сквозь стекло. Вылетев из здания, он перекувырнулся в воздухе и с грохотом приземлился на крышу какого-то небольшого сарая. От удара тонкая кровля проломилась, и парень провалился внутрь.

Никита не успел опомниться, как все четверо прыгнули за ним следом. Но обычные люди на такое никогда не решились бы! Значит, его преследовали не люди. Все четверо ловко соскочили с крыши в сарай.

Никита взревел от ярости и припал к полу, покрываясь черной шерстью.

Он метнулся к первому бандиту, врезал ему по коленям, одновременно вздернув его руку с пистолетом к потолку. Грохнул выстрел, нападавший завопил от боли, но крик вдруг перерос в яростное рычание.

Никита опешил.

— Оборотни?! — прошипел он.

— Наследник, — презрительно бросил один из бандитов, целясь в Никиту из пистолета."

"Всего одно слово, но в глазах у Никиты потемнело от ярости. На него охотились оборотни! Которые прекрасно его знали! Он вдруг понял, что процесс превращения идет полным ходом.

Кости с треском задвигались под кожей, тело быстро деформировалось.

Оборотень в маске, который готовился выстрелить, почему-то не делал этого. Преследователи замерли, с ужасом глядя на превращение Никиты. А Легостаев снова ощущал тепло мягкого меха, жар, разливающийся по венам, мощную силу, которая требовала немедленного выхода. Оборотни тоже чувствовали ее, совсем как тогда, в клубе. Они тоже начали меняться: их начало трясти, конечности сводили судороги.

Тут Никита резво кинулся на них, выставив когти и оскалив клыки. Раздался треск ткани, и одежда свалилась с него бесполезными лоскутьями.

Он сбил с ног всех четверых, давая волю ярости и силе. Он кусал и рвал, громко рычал, расшвыривал нападающих направо и налево, но их все же было четверо и они тоже пускали в ход клыки и когти. Никита истекал кровью, но от этого становился лишь яростнее. Жалости он в этот миг не испытывал. Это они хотели убить его, а он лишь защищался.

— Ты не должен жить, — прорычал один из оборотней, кидаясь на Никиту.

Легостаев увернулся и сам нанес удар. Оборотень, отлетев, врезался в стальные двери сарая, которые распахнулись от удара.

Перекатившись через голову, оборотень тут же метнулся обратно с победным рыком.

Но тут что-то просвистело в воздухе и ударило его в затылок. Оборотень неловко повалился на пол. Остальные трое издали удивленное рычание. Один из них метнулся к двери, двое других снова напали на Никиту.

В дверном проеме возник невысокий силуэт. Именно на него прыгнул третий нападавший. Никита сразу узнал сенсэя Канто, хотя ему сейчас приходилось отбиваться одновременно от двух разъяренных пантер.