Он происходит из хорошей семьи, во время первой мировой войны четыре года был в армии, заслужил награды, был отравлен газами в результате немецкой атаки, во время второй мировой войны служил полицейским, дважды получил поощрения. Теперь не совсем здоров вследствие ранений, полученных на фронте. Не все в этой характеристике было правдой – Кристи преувеличил с отравлением газом и с четырьмя годами военной службы, на самом деле его призывали на два года. Но он хотел произвести хорошее впечатление на присяжных и добавил к своей биографии некоторые мелочи. Суд, конечно, не знал об этом.

Кристи умел говорить вежливо, четко, толково и действительно добился того, чего хотел."

"Малькольм Моррис построил защиту на той версии, которую Ивенс изложил полицейским в Мерт-Вейли и теперь выдвигал как единственно правильную. Защитник должен был задать Кристи крайне неприятные вопросы. Свидетель отверг предположение, что он провел неудачную попытку аборта Берил Ивенс, отверг как неслыханную ложь.

– Есть ли у вас, мистер Кристи, книги по медицине?

– Есть, но всего две, и одна из них устарела.

– Показывали ли вы эти книги обвиняемому?

– Нет, не показывал.

– Объясните тогда, откуда Ивенс знал, что у вас имеются такие книги? Ведь он не умеет читать.

Обвинитель Хэмфри тут же внес протест, и судья протест принял.

– Возьму на себя смелость предположить, – сказал Моррис в дальнейшем ходе судебного процесса, обращаясь к Кристи, – что вы вечером 8 ноября вынесли труп миссис Ивенс с помощью обвиняемого в кухню мистера Китченера.

– Это просто смехотворно, – ответил Кристи, – я страдал от боли в позвоночнике и в связи с колитом был на диете. В течение нескольких недель я питался только молочной кашей и был так слаб, что с трудом нагибался.

Мне приходилось держаться за стены, а если нужно было поднять что-то с пола, то я опускался на колени. Чисто физически я не мог сделать того, что мне приписывают.

В заключение Моррис остановился на характеристике свидетеля. Он упрекнул обвинителя, что тот в нарушение всех правил восхвалял Кристи, прежде чем тот стал отвечать на вопросы. Кристи вовсе не тот безупречный человек, каким его представили. Он, Моррис, напомнит о некоторых темных пятнах в биографии свидетеля: в 1923 году – денежный штраф, в 1924-м – девять месяцев тюрьмы за воровство, в 1929-м – шесть месяцев принудительных работ за умышленное членовредительство, в 1933-м – три месяца тюрьмы за кражу автомобиля.

Хэмфри тут же восстановил пошатнувшийся престиж своего главного свидетеля:

– Все эти взыскания были семнадцать лет назад, с тех пор мистер Кристи ни разу ни в чем не провинился. Несмотря на инвалидность после первой мировой войны, он не остался в стороне, когда началась вторая, и пошел служить в полицию.