– Что ж вы, голубчик, Александр Петрович, нас, коллег-то, игнорировали? Нехорошо, нехорошо."

"– Александр Александрович, – Бахтин сел в кресло, устроился удобно, положил руки на головку трости, – вы уж меня по вашему делу не берите. Министерство у нас одно, а служба разная.

– Так и знал, так и знал, – замахал руками Колесников, – вечный спор сыска и охраны, кто же благороднее. Но все равно своих забывать нельзя. Мало ли что.

– Господин статский советник, вы пригласили меня для того, чтобы это сказать?

– Уели, уели, Александр Петрович, действительно позвал я вас по делу казенному. Хочу предоставить вам возможность еще лучше послужить государю императору. – Почту своим долгом. – Другого ответа и не ожидал.

Красильников нажал на головку серебряного звонка. Дверь отворилась, и в комнату вошел высокий, элегантный блондин.

Бахтин отметил для себя, что давно уже не встречал такого красивого мужчину.

– Прошу знакомиться, мой помощник, титулярный советник Мельников Борис Дмитриевич. Бахтин поднялся, кивнул, не подавая руки. Мельников сел в кресло у стола, раскрыл папку.

– Как нам стало известно, господин Бахтин, вы коротко знакомы с неким Дмитрием Степановичем Заварзиным.

– Да, я учился с ним в Первом московском кадетском корпусе, господин титулярный советник. Александр Александрович, – обратился Бахтин к Красильникову, – на каком основании мне, чиновнику VII класса департамента полиции учиняется этот допрос? Видимо, вы располагаете указаниями директора департамента, господина Белецкого. Если это так, прошу показать мне полномочия.

– Александр Петрович, вы неправильно поняли Бориса Дмитриевича. Не допрос это, не допрос. Просто наружное наблюдение срисовало вас, когда вы разговаривали с Заварзиным в ресторане.

– Да, действительно, я увидел в ресторане господина очень похожего на моего соученика Заварзина. Я подошел к нему, но тот сказал мне, что я обознался и что он австриец.

– Правильно, – усмехнулся Мельников, – вы даже рукопожатием не обменялись. – А, собственно, что сделал Заварзин? Кто он?

– Вам показать можно. – Мельников вынул из папки листок, протянул Бахтину.

«1) Известный департаменту полиции по моим докладам от 13 октября 1911 года за № 245 и по следующим бывший студент Московского университета из дворян Московской губ. Зарайского уезда Дмитрий Степанов Заварзин (партийные клички „Гоголь“ и „Петр Петрович“, в наблюдении „Дунайский“) проживает по адресу улица Данфер-Ромеро, № 7, меблированные Комнаты Борто…»

– И давно мой однокашник балуется социализмом? – усмехнулся Бахтин.

– Достаточно. Могу вам сказать, что он весьма заметная фигура в политической эмиграции.