Правда, несколько часов к ряду лежу на больничной койке без единой мысли в голове. Я бы хотела сейчас сказать, что чувствую себя плохо, но это окажется абсолютной неправдой. Ведь я вообще ничего не чувствую. Только странную пустоту, распространяющуюся в груди, медленно задавливающую все остальные чувства."

"Ближе к вечеру в дверь кто-то стучит. Я позволяю войти и вижу на пороге своей палаты незнакомую женщину. Пожилую, но явно ухаживающую за собой и одетую с иголочки.

— Здравствуйте, Варвара, - спокойно произносит она. Но говорит холодно. Каких-либо теплых чувств ко мне явно не питает.

— Здравствуйте, — отзываюсь, стараясь устроиться на постели поудобнее.

— Я мама Тимура, Маргарита Анатольевна. У меня к тебе предложение. Нет, скорее, просьба. И

пока очень вежливая.

— Слушаю, - с недоумением позволяю ей продолжить. Правда, надо сказать, эта Маргарита вряд ли нуждается в моем одобрении.

— Когда ты выйдешь из этой клиники, ваши дорожки с моим сыном должны разойтись. Навсегда.

Глава 65

Варвара

Хлопаю глазами, потому что не знаю, что ответить. Вот это поворот! Мне же не послышалось?!

На всякий случай переспрашиваю:

— Что, простите? - уголок моего рта трогает усмешка, полная непонимания.

— Я сказала, что вежливо прошу тебя отстать от моего сына.

— Ясно, - поджимаю губы.

— Эта палата, - женщина обводит пальцем помещение, — максимум, на что ты можешь рассчитывать.

— Вы, наверное, забываете, но Тимур уже взрослый мальчик, и он сам в состоянии решать, с кем общаться, а с кем - нет, - напоминаю этой, как ее там, Маргарите, кажется.

— Удивительно, правда, — мать Тимура подходит к окну, будто бы и не замечая моего замечания,

- когда дешевая шлюха считает, что может забраться куда-то выше.

Злоба мгновенно рождается внутри. Да как она смеет? Эта высокомерная сука ведь ничего не знает обо мне и, похоже, совсем, не в курсе, чем живет и дышит ее собственный ребенок.

Но я не позволяю себя прыскать ядом, скопившимся на кончике моего языка, как минимум, потому что принято уважать старших, как максимум - из-за неблагоприятных последствий для нас всех.

— С чего вы взяли, что я дешевая? - уточняю вполне серьезно.

Очевидно, любое мое оправдание и попытка доказать обратное не увенчаются успехом.

Так к чему усложнять все?

— Мне плевать, если честно, - женщина поворачивается ко мне и внимательно смотрит.

— Но я не допущу, чтобы ты была рядом с ним. И я хочу, чтобы ты понимала всю серьезность, этих слов. Как я уже сказала, сегодня я пришла поговорить по-хорошему, и ты пожалеешь, если не прислушаешься. Я тебе обещаю.

Пропускаю угрозы мимо ушей. Сейчас меня гораздо больше заботит другое: чем больше общаюсь с семейством Абрамовых, тем лучше понимаю, насколько все запущено, насколько, страшно.