— Ты главное не волнуйся сильно, — успокоила его я, — Все хорошо будет.

Сургут

Что-то не давало покоя. Что-то мучило, нависало, тревожило. Позвонил жене. Голос спокойный, и ответила на вызов сразу же. Тревога немного улеглась, но все равно до конца не отпускала. Позвонил Егору Семеновичу. Старик пару минут пудрил мне мозг разговорами ни о чем.

— Злата где? — в лоб спросил я, теряя терпение.

— Не буянь только, — вздохнул Егор Семенович. И я все понял. Значит, в больнице уже. До плановой операции еще неделя, но врач предупреждал о вероятности преждевременных родов. Помчался в клинику. Оказавшись на нужном этаже, потребовал встречи с женой. Кто-то шугался меня. Медсестры прятались по своим коморкам, увидев меня в коридоре. Потом увидел нашего гинеколога, идущего ко мне. Нахмурившись, ждал его слов. Было страшно. Жутко страшно. Успокаивало только то, что клиника была лучшей, как и доктора в ней.

Врач подошел ко мне.

— Емельян Игнатович, — начал доктор, — Мы же договаривались с Вами о сохранении спокойствия во время родов. Думаю, жена Ваша будет недовольна Вашим поведением.

Плевать я хотел на слова лекаря. Жену хотел увидеть, увидеть своими глазами, что с ней все в порядке.

— Схватки начались? — спросил я, понимая, что если не увижу ее прямо сейчас, то с катушек слечу, гарантированно.

— Да, — кивнул врач, — Мы готовим Вашу жену к операции.

— И сколько все это займет времени? — потребовал я ответа.

— От двадцати до сорока минут… — туманно проговорил врач.

— Значит, так, — прервал я профессора на полуслове, вздохнул. Провел по лицу ладонью. И посмотрел в глаза доктору, — Через час я хочу держать на руках здорового малыша и видеть здоровую жену. Никаких форс-мажоров. В противном случае…., - замолчал, понимая, что угрожать доктору прав у меня нет, но по-другому я просто не мог, — пояснять нужно?

Доктор отрицательно мотнул головой.

— Время пошло, — четко сказал я.

— Присутствовать желаете? — спросил профессор. Тяжело посмотрел на него. Понимал, что вид крови моей ведьмы могу и не вынести. Но и оставлять ее одну в трудный момент просто не мог.

Не ответил. Ко мне испуганно подкралась медсестра в руках со сменной одеждой. Все также молча, переоделся и меня, наконец, впустили в палату к любимой.

Увидел ее с заплетенными в косу волосами, прядки немного выбились, одна упала на глаза. Улыбка на губах. Видел, что ей больно и трудно. Но молчал.

— Снотворное или успокоительное? — ласково улыбнулась моя девочка.

Подошел к ней, прикоснулся к ее ладоням, немного успокаиваясь от того, что вижу ее.

— Я хочу вместе пройти через это, — пробормотал я. Не мог я уйти сейчас, оставить ее. И в то же время понимал, что моя паника не поможет ей, только хуже будет.