Улыбка сошла с его лица, его взгляд стал серьёзным, устремился на девушку.

- Ну, я слушаю.

- Ты спрашивал у меня, куда подевался мой брат, помнишь?

- Да, продолжай, - процедил он, становясь всё мрачнее, ему не нравилось куда она клонит, интуиция подсказывала, что ему не понравится то, что он сейчас услышит.

- Мой брат никуда не уезжал. Он попал в неприятности, мне пришлось помочь ему.

- Каким образом?

- Я…, - она тяжело вздохнула, сложно было признаваться в том, что совершила такую ошибку, но это необходимо было сделать.

Телефонный звонок стал для Киры секундным облегчением перед тяжёлым признанием. Она подошла комоду и взяла в руки телефон, ответив.

Владислав терпеливо наблюдал за ней, ожидая, когда она закончит разговор.

Но, Кира побледнела, телефон выпал из её рук, а сама девушка покачнулась. Она, наверное, упала бы, если бы Калугин не успел подбежать к ней и не придержал бы. Мужчина с волнением всматривался в её побелевшее лицо. На глазах девушки появились слёзы.

- Кира, что стряслось? Кто тебе звонил? Что сказал?

- Мама, Влад…, - всхлипывая, ответила она, - позвонили из больницы. У мамы произошёл инфаркт, ей не смогли помочь.

Через двадцать минут Кира вместе с Владом были в больнице. От врача она узнала, что у мамы случился острый инфаркт миокарда.

- Но всё ведь было хорошо? – Кира буквально вцепилась в руку врача.

- Примите мои соболезнования, - сухо ответил тот.

Кире казалось, что мир её рухнул. Вот как она теперь без мамы?

Влад видел, что для девушки смерть матери стал потрясением. Он посадил её на небольшую лавочку, которая находилась в длинном мрачном больничном коридоре, а потом обнял её. Её слёзы, смешанные с рыданиями, рвали ему сердце.

- Вместе с ней я словно потеряла половину себя, - тихо произнесла Кира, - никакая другая связь не сравнима с этой, потому что все другие приобретённые, а эта врожденная, другие навязаны разными житейскими обстоятельствами, а эта живет с первого дня в крови. Я не понимаю, что произошло. Ей ведь стало лучше. Как это могло произойти?

- Тебе сейчас необходимо успокоиться.

- Как я могу успокоиться, Влад! Что мне теперь делать?

- Продолжать жить, Кира, - заключил он. - С болью утраты тебе придётся жить. Знаю, что от этой боли нет спасения, от неё не скрыться, не убежать. Ведь, если по-настоящему любишь близкого человека, то никогда не смиришься с его утратой, поверь, я знаю. А ещё знаю, что всякое горе надо пережить и превратить его в свою силу. Если утратишь веру в свои силы, то и себя потеряешь.

- Влад, я хочу её увидеть.

Владислав не успел ответить, так как у Киры снова зазвонил телефон. Кира ответила, побледнела ещё больше, если такое вообще было возможно.

Владислав напряжённо смотрел на неё, испугавшись, что ещё немного и она лишится чувств, да она и была близка к этому.