Адам сказал, что они знают друг друга со школы, надо же, вот это дружба. Я следила за их болтовней и вдруг осознала, что в глубине души мне нравится находиться здесь, на краю страны. С ними.

Закончив, Адам как обычно теряет интерес и встает под струи душа. Освежается.

- Вот ты гад, - цежу я, скрестив руки. - А обнять?

Он оборачивается, усмехнувшись.

- Ей все мало.

Закатываю глаза.

- Не сердись. - Он обходит вокруг, целует в затылок. - Все сегодня для тебя.

Я быстро оборачиваюсь и тянусь к губам. Но... обещанное «все», не включает поцелуи. За все время он ни разу не позволил нам эту ласку.

А на мой робкий вопрос ""почему"" выдал: «Я не хочу». Это было так просто, понятно и одновременно больно, что я расплакалась.

Он не стал жалеть, не посчитал нужным лезть в душу.

Адам целует между лопаток, поясницу. Быстро присаживается на корточки, заставляет прогнуться, сминает ладонями ягодицы и целует меня в нижние губы самым бесстыжим образом. Проводит языком. Чмокает в ягодицу и шлепает.

- Что за жопка у нее, - выдает с насмешливым восхищением. - Лизать и трахать.

Я пыталась с ним по-разному: нежно, ласково, с чувствами. Но такой язык ему чужд.

Он понимает, когда я кричу шутливо: гад, сволочь. Смеется тогда. А еще он понимает слово:

- Зверье!

Которое я выкрикиваю с мнимой обидой.

Адам поднимается и открывает дверь. Стекла мгновенно отпотевают и мы оба натыкается на взволнованный взгляд Киры.

Вот блин! Я закрываюсь руками.

- Ты не закрыл дверь? Адам! - взвиваюсь моментально. - Ты с ума сошел?!

- Место. Иди, Кира, все в порядке, - посмеивается он. - Не надо меня контролировать везде и всюду. Я сам справлюсь с Радой. Тебе вообще нельзя подглядывать за таким, ты еще маленькая. Ну?

Кира разворачивается и топает на свое место, Адам берет полотенце.

- Она невинна? - спрашиваю.

- Абсолютно. Кира дала обет безбрачия.

- Кому?

- Мне.

- Ха-ха! Ты строгий папочка.

- Вообще, это ее выбор. Ни одного кобеля к себе не подпускает. Тут некоторые шастают, знаешь, отчаянные романтики: ни кола ни двора, один гонор. Пытались подкатить, поухаживать за дамой... - Я смеюсь и он продолжает: - Она их чуть не разорвала. Еле спас бедолаг."

"Мощи у медведицы и правда не занимать. Она настолько в себе уверена, что на других собак даже не посмотрит, голоса не подаст.

Их лай для нее — пустой звук. Но и те держатся на приличном расстоянии, дабы не провоцировать.

- Вдруг однажды влюбится и родит тебе щенят? - дразню его.

- Кира? Пф-ф. Это не про нее, - с возмущением.

Продолжаю веселиться. Ну да. У нее есть хозяин и беспокойство за него. Любовь всей ее наивной собачьей жизни.

Я встаю под душ и смываю с себя пот и поцелуи. Можно ли строить союз на благодарности и уважении? Без капли любви. С бывшим боксером.

Недавно он подарил мне букет из тридцати пяти белых роз.

Мой ответ — можно.