– Вас пришли поддержать!

Аверина показала большой палец.

– Ты просто красотка! А как ребята классно лабали…

– Да, пацаны молодцы, – согласился Вова. – А ты, малявка, лучше всех!

Я улыбнулась брату:

– Из твоих уст это звучит как сарказм, но я рада, что вы все-таки пришли…

Меня легонько подтолкнули в спину, и пришлось пройти вперед.

Результатов мы дожидались с большим нетерпением. Возбужденно и громко обсуждали прошедший концерт. Главного приза мы не взяли – в жюри сидели такие же консервативные дядечки и тетечки, как наша Ирина Вадимовна. Но зато нам достался приз зрительских симпатий.

И эта победа была важнее, чем признание занудной комиссии.

Когда лауреатом в номинации объявили наш коллектив, зал снова встретил нас громкими аплодисментами и криками."

"Свою победу мы решили отметить все вместе в кафе. Туда же я позвала Соню и Вову, которые присоединились к нам после выступления. Девчонки из хора обступили смущенных Севу и Борю, которые грузили инструменты в машину, и приглашали их пойти в кафе с нами. Однако рядом с ними я не обнаружила Матвея. Мне так хотелось его поблагодарить за помощь.

На улице совсем распогодилось. В сверкающих на солнце лужах отражались белые облака. Я подошла к Вове:

– А Матвей где?

– Да только что ушел. Вы разминулись, пока ты свой трофей получала.

Я прижимала к груди небольшой кубок, которые ребята доверили мне.

– Только что? – Я взволнованно завертела головой. – А в какую сторону?

– Туда! – с готовностью указала Соня.

Я понеслась за угол концертного зала, куда меня направила Аверина. И тут же увидела удаляющуюся спину Мальцева.

– Матвей! – выкрикнула я.

Мальцев тут же обернулся. Ждал, пока я добегу.

Лучи майского вечернего солнца разлились по всему широкому проспекту, и из-за них Матвей забавно щурился, пытаясь разглядеть меня.

– Ты уже уходишь? – спросила я, добежав до Мальцева.

– Как видишь, – улыбнулся он.

– Я хотела бы поблагодарить тебя, – быстро начала я. – Прости, что сначала наехала… Знаю, что ты хотел как лучше, и получилось правда очень круто! Я ценю то, что ты для нас сделал.

– Я сделал это конкретно для тебя, – возразил Матвей. – Но, похоже, вашей Ирине Вадимовне это не особо понравилось.

Теперь заулыбалась я, крепче прижимая к груди кубок.

– Это да… Она расценила наш поступок как предательство. Но если бы мы предупредили ее, она не разрешила бы ничего менять. Так уже было с песней и нашими костюмами. Скорее всего, после этого меня выгонят из школьного хора. Так что это было мое первое и последнее выступление.

– Уверен, что не последнее, – возразил Матвей. – Ты уже распробовала весь кайф сцены. Это как наркотик. Ты должна меня понимать.

– Понимаю, – серьезно кивнула я.

Теперь мы молча смотрели друг на друга.