– Судя по всему, пила Григорьева из этого стакана. На дне сохранились следы жидкости, а на стенках четкие отпечатки. Возможно, что и Григорьевой, а возможно, и преступника.

– Да, обязательно отправьте в лабораторию, – кивнул Лев. – Другой посуды, которую явно недавно использовали и не помыли, на столах не осталось?

– Нет, только этот стакан. Удивительно, что преступник не стер отпечатков, не помыл его. Ведь если мы найдем следы вещества, то поймем, чем отравили женщину. Неаккуратно с его стороны, не находите?

– Да, действительно, – поддакнул подошедший Крячко. – Как-то здесь все несерьезно.

– Пусть ваша помощница, – сказал Гуров, глядя на девушку-стажера, – снимет отпечатки пальцев соседки, которая вызывала «Скорую помощь». Та женщина заходила в квартиру, она ее потом запирала, когда Григорьеву увезли в больницу. Ее пальцы надо исключить.

Крячко вызвался помочь неопытному эксперту и вышел вместе с ней из квартиры.

– Валерий Семенович, – остановившись возле кровати, подозвал эксперта Лев. – Смотрите, видите на простыне пятна высохшей жидкости?

Эксперт наклонился с увеличительным стеклом и стал рассматривать пятна. Наконец он выпрямился и произнес:

– Учитывая то, что мы знаем о последних событиях, это могут быть следы мужского биологического материала. Простыню придется изъять и отвезти к нам в лабораторию. Я попробую собрать для анализа. Если этого количества хватит, мы сможем сравнить ДНК с любым подозреваемым, которого вы найдете.

– Отлично. Это было бы очень кстати. Мне кажется, что отпечатков пальцев мы здесь не найдем. А это улика, серьезная улика.

Генерал Орлов отпустил сотрудников Управления. В кабинете остались только Гуров и Крячко.

– Ну где они там? Уснули, что ли? – Орлов потянулся за трубкой внутреннего телефона, но Гуров остановил его:

– Не надо, Петр, не дергай людей. Лаборатория по нашей просьбе и так все дела отложила и занялась материалами из квартиры Григорьевой. Лисин обещал прийти ровно в восемь, значит, придет.

– Да? – Орлов посмотрел на осунувшегося Гурова, уставшего, почти засыпающего Крячко. – Ну ладно. Пятнадцать минут погоды не сделают. Может, чайку? А то вы какие-то вареные.

– Будешь тут вареным, – вздохнул Стас и направился к окну, где на столике возле мягкого углового диванчика стоял электрический чайник. Он зашуршал там пакетами, продолжая говорить: – Поквартирный обход ничего не дал. Собственно, я и не удивлен. Женщина вела себя осторожно, старалась делать так, чтобы ее с парнем вместе не видели. Сама она описать его толком не смогла, по имеющимся у нас фотороботам тоже ничего конкретного не сказала: вроде похож, а вроде не похож. Лева с Григорьевой трижды разговаривал, но она все на эмоциях больше, а конкретики никакой.

– В смысле? – не понял Орлов.