– То есть, швырять мне в лицо расческами и выкидывать мои вещи – это милые проявления твоего характера?

Я стянула пуанты, и без жалости выбросила их – грязные, на один раз буквально.

– Ты ведь тоже не святая! – сузила Женя глаза. – Наврала мне. Так что мы квиты.

– Жень, я не врала, я просто не рискнула тебе говорить про смотр. Знала, что ты скандалить станешь. И… если ты извинишься, то я тоже извинюсь, но никак иначе, – устало произнесла я, снимая одежду. – Не готова извиняться? Тогда давай просто не замечать друг друга.

Я взяла полотенце, обула сланцы, и пошла к душевым.

Женька за мной – тоже в резиновых сланцах, только не в голубых, а в розовых."

"– Извини, что вспылила. Я просто разозлилась дико. У меня в кармане роль была, – зашептала мне Женя на ухо. – А ты пришла и всё сместилось, и не у меня одной. Я в шоке была, если честно. Прости!

Я взглянула на нее. В глазах Жени сожаление.

Вздохнула, и кивнула:

– Прощаю. И ты извини, что не рассказала про смотр.

– Мир?

– Мир, – улыбнулась я.

– Ну слава Богу, – рассмеялась Женя. – Думала, из-за своего гадкого характера я лишилась подруги. Ну я и устала! А эта Фая – такая грымза, тебя жирной назвала!

– Она указала, что у меня мышцы – так себе. И она права, Жень, – я включила воду, и встала под душ. – Если я быстро не приду в форму, то не выдержу такой темп со своими мышцами.

– Мне разонравился «Спартак». Кто вообще его зимой ставит? Обычно «Щелкунчик», а тут «Спартак» – отозвалась Женя.

Я пожала плечами, и прибавила напор воды.

Одним камнем на душе меньше – не люблю ссориться с близкими.

Я вышла из душа, и поняла, что забыла фен. Вот дьявол!

– Сушись сначала ты, – Женя протянула свой. – А то простынешь еще.

– Спасибо, – я взяла фен, и принялась сушиться, а затем вернула его Жене, и пыталась пригладить волосы.

Они у меня, как и у мамы, прямые, блестящие, но если их не уложить – я превращаюсь в одуванчик. А ведь Игнат совсем скоро заедет за мной, и мы поедем в кафе вместе с его друзьями.

Ладно, хоть накрашусь, чтобы выглядеть прилично.

– Так где ты поселилась?

– С мужчиной, Жень. У него дома.

– Ого! И кто он? Один из премьеров? Хореограф? Антрепренер? – с жадным любопытством начала выпытывать подруга, параллельно рисуя себе стрелки.

– Он не из балетных.

– Покажи фотку!

– У меня их нет, – растерялась я.

Упущение. Нужно сфотографироваться с Игнатом, и на заставку экрана поставить. И вообще, почему это у меня нет его фотографий?!

– Тогда не верю. Стопроцентно, живешь с седовласым старцем-продюсером, – хихикнула Женя.

– Он точно не седовласый старец.

– Так познакомь! Или не простила меня?

Мы вышли в коридор, и я задумалась – знакомить, или нет? Игнат сегодня знакомит меня с друзьями, а у меня только Женя есть, и Вера. Но Вера не в Петербурге.