Теперь там будет продаваться и наша продукция, а они взамен станут поставлять нам гранат. Посмотрим, пожмем им руки, подпишем оставшиеся договора и вернемся. Обещаю, что мы выкроим время для ресторана и прогулки по городу.

Сердце радостно забилось, и я не смогла сдержать улыбку. Я полечу в Прагу! С ума сойти…

— Спасибо! — не удержалась, подтянулась на цыпочках, и поцеловала его в губы."

"— Не дразни меня, — скользнув взглядом по новому платью, угрожающе покачал головой Тихонов. — Я, между прочим, все это время очень по тебе скучал. Так что, будет лучше, если ты сделаешь кофе и займешься работой.

А то я найду для твоей персоны другое применение…

— Нет, нет… — тут же отпрянула я. — Лучше кофе.

Он рассмеялся и ушел к себе.

Я вытерла слезы и вернулась к кофемашине. На душе стало легко. Сердце переполняла радость. Думала ли я, что меня возьмут в Прагу? Нет, не думала. Даже мечтать не смела. А в понедельник полечу туда вместе с Тихоновым. И он по мне скучал. Надо же, очень скучал, несмотря на то, что я вела себя, как последняя дура в наше последнее свидание.

Весь день в приемной топталась куча народа.

Всем что-то было нужно от генерального директора, и от меня тоже.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но стоило мне выйти из приемной, как от меня все шарахались. Я даже обедала в ресторане в полном одиночестве. Ведь как только я появилась на пороге, знакомые сотрудницы переглянулись и быстро засобирались вон, даже не ответив на мое приветствие. Самое обидное — Ира была среди них. Едва заметно пожала плечами и засеменила вслед за своими коллегами.

Стало не по себе.

Было такое чувство, что все объявили мне бойкот, и я, как белая ворона, вынуждена обедать не просто одна за столиком, а в пустом помещении. Очень неприятное чувство, когда весь коллектив объявил тебе негласную войну.

Заказала салат, отбивную и булочку. В ожидании заказа сидела и листала новостную ленту в телефоне.

На душе было очень противно. Как будто вчера не на меня набросились, а я полностью виновата в происшествии. Стало ясно, что кроме Тихонова меня никто не собирается поддерживать.

Но, как бы там ни было, моя соперница с треском вылетела, а я осталась.

Значит, теперь я в дамках. Меня втянули в грязную игру, и пути назад нет. Значит, я должна победить. Осталась одна? К черту такую свиту. Мне никто не нужен. Я по натуре одиночка.

«Пусть шарахаются, — усилием воли выпрямив спину, думала я. — Лучше так, чем с ножом к горлу. И Ира никакая мне не подруга. Слила меня этой Кузнецовой, в тот же вечер, как и ее мне».

Глава 28.

Уже принесли заказ, когда в ресторане появилась еще одна сотрудница. Заместитель Кузнецовой, Наталья.