Вот и теперь, ждет от меня подчинения. Или я должна буду делать, как хочет он, или ничего не будет. Потому что все, что у меня есть, даже эта красивая шубка — все оплачено из его кармана».

Нет, конечно, Тихонов сделал для меня много хорошего. И нынешняя ярость не перечеркивала положительные моменты. Подсознательно я понимала — надо научиться лавировать. Так, чтобы его злость не испепелила меня до основания. Чтобы не задела и не опалила. Но как это сделать сейчас, я не знала. Более того, во мне тоже все бурлило от возмущения, и я, как и он, была готова взорваться в любой момент.

Мы молча спустились на подземную парковку. Также молча сели в машину, и не проронили ни одной фразы по дороге домой.

— Когда ты ко мне переедешь? — останавливая машину возле пятиэтажек, холодно поинтересовался он.

Я втянула грудью воздух. Вопрос переезда мы поднимали уже не раз, но все не было времени собрать вещи. А теперь, когда я взбрыкнула, собственник внутри моего будущего мужа перешел в наступление. Фотосессии не будет, домой я сама ездить не буду, и вообще, обязана немедленно переехать, чтобы окончательно перейти в его власть. Ага, как же.

— Когда женишься, — в отместку за испорченную фотосессию буркнула я. Свадьбу мы запланировали на июнь. Пусть ждет.

— И что, до июня мы будем ездить туда-сюда? — зловеще приподнял бровь Тихонов.

— А как ты хотел? — как можно безразличнее пожала плечами я. — Впрочем, если тебе в тягость подбрасывать меня до дома, я могу ездить сама.

Выпалила, и быстро открыла дверь, чтобы успеть сбежать и не дать ему выплеснуть на меня свое раздражение еще раз. Но я впервые просчиталась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 45.

Тихонов перехватил меня в тот же миг. Стальной хваткой впился в мою руку и дернул назад, отчего я влипла в сидение. Дверь тут же захлопнулась, и щелкнул автоматический замок.

У меня даже дыхание перехватило.

— Я не понял, Ксюша, что это сейчас было? — продолжая впиваться в мою руку, тоном, леденящим душу, поинтересовался он.

— А что было? — пытаясь выровнять дыхание и дикое сердцебиение, смело заглянула ему в глаза я.

— Ты почему уходишь, когда я с тобой разговариваю?

— Потому что мне неприятно твое поведение! И твой тон тоже! — перешла в наступление я.