Одновременно контроль за нашими действиями осуществлялся из Москвы через управление космической разведки, хотя там связь не могла осуществляться напрямую, и все команды должны были отдаваться через трубку спутниковой связи Сергея Валентиновича.

– Я пошел? – Корчагин спросил не старшего здесь по званию подполковника Волоктионова, а меня.

Я же, хотя официально и не находился в настоящий момент на службе, все же предпочел соблюдать субординацию, и потому посмотрел на подполковника, ожидая от него команды, которая не замедлила прозвучать:

– С богом, – напутствовал Сергей Валентинович старшего лейтенанта.

Вадим пошел…

ПОДПОЛКОВНИК РОЗОВСаламбеков, отдохнувший дома, заехал за мной. Я тоже успел поспать. Подполковник предварительно позвонил, чтобы дать мне возможность хотя бы лицо под струю воды из‑под крана засунуть и лысину холодной водой сполоснуть, чтобы кровь прилила к мозгам и помогла лучше соображать. У общежития стояли две машины, обе со слегка тонированными стеклами, да и в вечернем полумраке сквозь нормальные‑то стекла разобрать лицо водителя было бы невозможно, и потому я остановился в раздумье. Но тут в аккуратном черном «Мерседесе» открылась дверца, и с заднего сиденья выбрался майор Руманов.

– Вам сюда, Артур Юрьевич, – показал майор рукой, а сам направился к стоящей рядом «Тойоте Камри».

Я сел в «Мерседес», за рулем которого оказался Саламбеков. Признаюсь, что в «Мерседесе» кататься мне довелось впервые в жизни, но и это удовольствие длилось недолго. Только мы успели тронуться с места, как у Фуртанбека Хаджибекаровича зазвонил «мобильник». Подполковник вытащил его из кармана, глянул в темноте салона на определившийся номер и торопливо сказал:

– Слушаю вас, товарищ полковник… Да-да… Как раз туда отправляемся… Я же докладывал… Так, я понял. Да, я понял, товарищ полковник. Сейчас заеду…

«Мерседес» плавно остановился.

– Артур Юрьевич, заместитель начальника управления желает поехать с нами. Вы к Вахиду Георгиевичу в машину пересаживайтесь, а я за полковником вернусь.

– Так, может, я с вами… – начал было говорить я.

– Нет, начальство все‑таки… – мягко перебил меня Саламбеков. – Начальство любит в одиночестве на заднем сиденье восседать. А на переднее пассажирское офицера охраны посадит.

«Тойота» майора Руманова как раз обогнала нас и остановилась в десяти метрах впереди. Сам Ваха вышел из машины и направился к остановившемуся «Мерседесу». Саламбеков разговаривал со своим заместителем на чеченском языке, но я даже сквозь тонированные стекла и в полумраке вечера заметил, как майор поморщился от предложения подсадить к себе пассажира. Тем не менее, это звучало как приказ.