Катрин проверит декорации, проконтролирует, чтобы живые цветы погрузили в стазис, и они в нужный момент не завяли. А ещё встретит музыкантов, свадебного художника, проверит с Алонсо Вальде готовность блюд из ""Сокровищницы короля"" и примет доставку из винодельни.”

А там уже мы подоспеем, и я помогу с рассадкой гостей.

“И, наконец, познакомишься с невестой,” — ехидно добавил внутренний голос и тут же затих в ожидании моей реакции.

На душе начали скрести кошки. Я понимала, что сегодня последний день моей работы на Дэйгона Россэра и разрывалась меж двух огней: попрощаться в конце вечера и поблагодарить за возможность хорошей работы, либо умолять его дать новое поручение.

Вдруг я смогу стать ему полезной?

Однако мысли о том, что наше общение не будет прежним из-за наличия жены, давали понять, что этот вариант будет совсем неуместным. Погружённая в мысли, я не сразу услышала голос Клаудии и вздрогнула, когда она коснулась моего плеча.

— Исабель, не клюй носом, можешь ещё кофе?

— А? Что случилось? — я рассеянно заозиралась по сторонам, пытаясь понять, что пропустила.

— Тебя хочет видеть господин Россэр.

Он, кстати, примеряет свадебный костюм и выглядит в нём выше всяких похвал! Завидую его невесте.

— Ты-то куда? Скоро внуков нянчить, — добродушно поддела её Мирабель, а я с трудом смогла скрыть румянец, проступивший на щеках.

С колотящимся сердцем я поспешила наверх и нерешительно замерла у двери в спальню господина Россэра.

Постучать? Или так войти? Он же меня ждёт.

Пока вытаптывала ковровую дорожку, то протягивая руку к шарообразной ручке, то занося кулак, чтобы постучать, до меня донёсся голос Дэйгона:

— Заходи, Исабель, не бойся.

У меня есть к тебе серьёзный разговор.

Глава 50

Сделав шаг вглубь драконьей спальни, я замерла, поражённая открывшейся передо мной картиной.

Посреди комнаты напротив зеркала в полный рост стоял господин Россэр в роскошном, идеально скроенном камзоле глубокого синего цвета, расшитом затейливыми серебряными узорами. Отсветы солнца, свободно проникающие сквозь высокие панорамные окна, играли на изящной вышивке, заставляя её мерцать и переливаться при каждом движении. Плотная ткань обнимала широкие плечи и статную фигуру, подчёркивая силу, мужество и хищную, нечеловеческую грацию.

— Как тебе? — Дэйгон развернулся вполоборота, сдерживая довольную улыбку.

Он выглядел выше всяких похвал и прекрасно знал об этом.

— Вы невероятны, — честно ответила, скользнув взглядом по безупречно отглаженным чёрным брюкам и начищенным до блеска ботинкам из мягкой кожи.

Тёмные глаза вспыхнули ярким пламенем. По губам игриво скользнула лёгкая, уверенная улыбка, от которой перехватило дыхание, и сердце пропустило чувствительный удар о рёбра.