Он мог сколько угодно пытаться вести себя как приличный человек, но рано или поздно его гадкое нутро выдаст себя.

* * *– Аккуратно, ступеньки.

Я прямо спинным мозгом чувствовала его желание прикоснуться ко мне и помочь преодолеть эти самые ступеньки, но, слава богу, он сдерживал свои порывы.

Когда я лишишась зрения, остальные чувства обострились, и теперь я многое воспринимала по-другому. Хоть и жила особняком, почти не контактируя с людьми, но тех недолгих прогулок до магазина, что я себе позволяла, было достаточно, чтобы понять: мне стали доступны другие способы осознания того, что происходит с людьми вокруг.

"

"Да и реакции моего тела стали намного ярче: будь то холод или тепло, вкус или аромат.

Особенно обострился слух, словно, отобрав один из моих органов чувств, природа решила усилить остальные.

– Заходи, не забудь про порог, – продолжал инструктировать меня Арман.

«Арман», – я впервые позволила себе назвать его по имени, пусть даже и в мыслях. До сих пор он был лишь «рабом».

– Аслы! Почему дверь не заперта?! – удивляя своим строгим тоном, прокричал он куда-то вглубь дома.

– Боже, зачем так кричать! Я только зашла! – раздался в ответ звонкий голосок.

 – Мне нужно было в уборную, вот я и забыла! – оправдывалась девушка.

– Давай без подробностей! – попросил Арман, и я явственно представила, как он закатил глаза от недовольства. – Комната готова?

– Божечки! Какой милый песик! – раздался писк заметившей Амура девушки.

– Аслы! – настойчиво позвал он ее, уже начавшую тискать моего мопса и причитать, судя по раздающимся звукам и скулению бедной собачки.

– Да готова, готова. Экономка еще вчера ее подготовила, – ответила, должно быть, сестра моего пленителя.

 – А она ничего такая, миленькая, – с присущей подросткам непосредственностью обратила она свое внимание на меня.

– Рад, что ты оценила, – словно меня тут и не было, ответил он. – Знакомьтесь и начинайте дружить, – как первоклашкам сказал он.

Нереальность происходящего не переставала меня поражать.

– Ну ты и…

– Следи за языком, девчонка! – тоном старшего брата потребовал он. – Лучше помоги Эле освоиться и покажи ей ее комнату. Сомневаюсь, что она оценит, если это сделаю я, – продолжая игнорировать мое присутствие и – впервые за всё время, что я его знаю, называя меня по имени, продолжал он.

 – Пусть примет душ. И дай ей что-нибудь из своей одежды. Думаю, у вас один размер. Позже позаботимся о ее гардеробе.

– Я, вообще-то, здесь! Не смей говорить обо мне как о какой-то невоодушевленной кукле! – не выдержав, вскипела я.

– Ого! Да ты у нас девушка с характером! А я-то боялась, что братец приведет в дом какую-то безропотную овцу, – звонко хохотнув, сказала его сестра.

– Аслы! – вновь воскликнул Арман.