— Вставай, коза, мы ещё не пробежали круг, — подлетела ко мне до отвращения довольная подруга.

Прыгает, скачет, щеки покраснели, глаза горят. Ненавижу.

— Уйди, женщина, бесишь.

— Хватит лежать на лавочке, ты даже не представляешь, кто на ней мог спать ночью, — усмехнулась на то, как я быстро соскочила.

— Всё, я передумала бегать, мне это не нужно.

— Хорошо, но потом не жалуйся, что твой зад не влезает в любимые брюки.

— Это самый грязный способ заставить меня продолжить, — фыркнула, сложив руки на груди.

— Зато эффективный, — скопировала мою позу.

— Хорошо, ещё один круг и домой, — сдалась, вспоминая свои утренние пляски «засунь жопу в штаны».

— Нет, ещё два круга, — ехидно протянула, демонстративно посмотрев на мою пятую точку.

— Ненавижу тебя.

— Я тоже тебя люблю, Попкович, — крикнула, вприпрыжку побежав вперед.

Чокнутая женщина!

Уже дома, когда моя тушка лежала на кровати, проклиная спорт и свою задницу заодно, телефон завибрировал на тумбочке.

— Да, — ответила, пыхтя, как паровоз.

— Спускайтесь, Зоя Аркадьевна, я вас довезу до работы.

— Марк Глебович? — удивилась.

— У вас десять минут.

— Но.

— Никаких «но»! — сбросил вызов.

Это что ещё за приказной тон вне работы?

— Пташка моя, иди завтракать.

Маринка пританцовывала на кухне, подкидывая блинчики на сковородке. Урвав свежий блинчик и макнув его в сметанку, помахала подруге рукой.

— Что? Куда пошла?! — кричала вслед.

Не заморачиваясь над объяснениями, дожевывая блин, вышла из квартиры. С этой работой я скоро перестану вообще, есть. Ну, хотя бы похудею, может тогда и бегать не придется.

Сев в машину, с интересом посмотрела на начальника.

— Вы долго, — недовольно заметил тот.

— Скажите спасибо, что вообще спустилась, — усмехнулась.

— И что это означает? — грозно свел брови.

Ути-пути, гроза офисных планктонов.

— Это означает, что в моем договоре не прописана обязанность добираться до работы на вашей машине в вашем обществе. И вне стен офиса не нужно разговаривать со мной в таком тоне. Я не собачка, чтобы подчиняться вашей недовольной заднице.

— Уволю.

— Давайте, и я посмотрю, как вы найдете мне замену. Особенно, после слухов, что секретарь должен обладать способностью удовлетворить своих начальников одновременно, — приподняла бровь, рассматривая красное от злости лицо рыжика.

Пока он подбирал более культурный ответ, я все же спросила.

— Что я вам сделала? Вы так злитесь на меня с нашей первой встречи.

— Не люблю таких, как вы. Наглых, корыстных, беспринципных сук.

— Так как же вы в зеркало смотритесь тогда? Вы же воплощаете все эти качества, только в мужском амплуа.

Иногда лучше помолчать. Это я поняла, когда он, молниеносно скрутив мои волосы, прижал мое лицо к своему.