— Приглашаю, — широко улыбнулся он и протянул мне руку. Я вложила свои пальцы в его.

— Прямо сейчас? — шепнула я.

— Прямо сейчас, — отвечал он, проводя губами по моей скуле.

И мы, под покровом сумерек, пошли к застывшему зеркалом озеру, чтобы остаться наедине друг с другом и нашими чувствами.

Уехали домой мы на следующее утро. Кирилл, правда, все-таки подшутил над всеми в конце — добавил в миндальное мороженое васаби, ибо они отлично совпадали по цвету.

7

Я смогла чуть-чуть проучить дорогого гостя, от которого уже потихоньку сходила с ума, в один из последних дней его пребывания у нас.

В тот день Кезон встал гораздо раньше меня. Я нашла его на диванчике в кухне с неизменным ноутом в руках и пультом от управления машинкой, которая бороздила просторы кухни.

— Ты как летучая мышь, — села я рядом с ним с размаху, — спишь днем, злорадствуешь ночью. Всех обтроллил, кого мог?

Кирилл покачал лохматой головой.

— Надо же, — умилилась я, открывая упаковку с орехами. — А что так? Все разбежались?

— Почти. Спать пошли, — сообщил он мне и, пока я махала ушами, наблюдая за машинкой, ловко отобрал у меня орехи и нагло стал ими хрустеть.

— Эй! — возмутилась я. — Отдай!

— Угощайся, — протянул он мне пачку, и я все-таки успела цапнуть орехи себе.

— Спасибо, блин. Чего такой радостный? Выпустили из психушки, и ты уже не знаешь, как донести этот радостный факт до общественности? — спросила я, стараясь подколоть его.

— Отнюдь, Мария, отнюдь. Просто рад новому дню.

Естественно, он рад! Вчера опять устроил веселье. К нам должен был забежать приятель Дениса, чтобы кое-что забрать, а когда он разулся и прошел в комнату, из шкафа невозмутимо вышел Кирилл, обулся и ушел, заставив парня открыть рот — он, видимо, подумал, что у меня любовничек в квартире! Уж не знаю, что там думают обо мне шляпники.

— Чего пишешь? — полюбопытствовала я. — Опять про самого себя гадости?

Я извернулась и заглянула-таки в экран ноутбука — ничего интересного. С фейка с чудным именем Синий Зверь Кирилл писал сообщение некому Антону Тропинину."

"Общался он странно. Несчастному Антону Тропинину он писал одну и ту же фразу: «Я знаю, кто ты на самом деле», но тот ни разу не ответил, судя по истории переписки. Видимо, этот самый Антон Тропинин был совершенно непробиваемым человеком.

Больше ничего разглядеть не удалось. Музыкант захлопнул крышку ноутбука перед моим носом и погрозил пальцем.

— А как же Брутальная Нога? — поинтересовалась я. — Сколько у тебя фейков?

— Маша, ты порой слишком любопытная, — вздохнул музыкант. — Что мне с тобой сделать?

— Сказать, что я молодец, — ухитрилась я вырвать у него свои орехи и возликовала. — Бедный человек этот Антон. Ты его, наверное, достал.

— Ну что ты. Как я мог? Я ведь добрый.