Понимание того, что Лебедев не только подходил к моей дочери, но и разговаривал с ней, убивает меня на месте.

— Я же просила тебя и близко не подходить к Дарине! — рычу я. Мне совершенно плевать, что из-за моего некорректного поведения может пострадать не только моя репутация, но и репутация всей школы.

— Полина, ты слишком драматизируешь. Дарина очень общительная девочка…

— Не смей. Приближаться. К моей. Дочери! — Я совсем его не слышу. Все, что я хочу, чтобы этот человек ни на шаг не подходил к Дарине.

— Полина…

— Аркадьевна!

— Успокойся! Я не собираюсь ничего ей говорить.

— Даже думать не смей об этом! — предупреждаю бывшего, и я сейчас не шучу.

— Полина, а тебе не кажется, что она должна знать правду? Это нужно для ее же блага, — заявляет Лебедев.

— Серьезно? Благодетельный ты наш! — не могу сдержать сарказма.

— В конце концов ты могла подать на алименты.

— Даже если я буду дохнуть с голоду, я не возьму от тебя ни копейки! А если тебе некуда девать деньги — займись благотворительностью. Школе как раз не хватает пары миллионов для ремонта бассейна. Может и добавится плюсик в твою карму за доброе дело.

Лебедев некоторое время молчит.

— Ты стала очень злая, Полина… Аркадьевна.

— Да, ладно?! А ты думал, что, увидев тебя, я от радости начну танцевать ламбаду?

— Ты можешь меня просто выслушать? — Лебедев подается вперед, а я невольно отшатываюсь, словно меня отталкивает от него.

— Назови хоть одну причину, почему я должна это сделать?

— Дарина, — звучит ответ.

Лебедев режет по живому. Да, я готова на все ради своей дочери, и мне просто необходимо знать, что он задумал.

— Я слушаю, — бросаю коротко.

— Полина, Филипп и Дарина должны знать, что они брат и сестра. Это нужно впервые очередь для них самих, пока они маленькие. Что ты будешь делать если у кого-то из них возникнет симпатия?

Вопрос Лебедева застает врасплох, и я начинаю ненавидеть его еще сильнее.

— Я понимаю твое отношение ко мне, но…

— Нет!

— Что, нет? — переспрашивает Костя.

— У меня нет к тебе никакого отношения! И не будет. С Дариной я поговорю, но, если я увижу тебя рядом со своей дочерью, клянусь, я расскажу ей, почему ты бросил нас.

— Полина, я вас не бросал!

— Ах, ну да! Извини! Ты случайно вышел на одиннадцать лет, женившись между делом, а тут вдруг вернулся. Здравствуй, я твой папа! Так получается?

— Полина!

— Костя, хватит. Надеюсь, ты сам объяснишь все Филиппу. — Меня просто трясет от переизбытка эмоций. Никто, даже из самых скандальных родителей, не мог довести меня до такого состояния. — Хочу обратить твое внимание, что с мальчиком нужно заниматься, если не хочешь его упустить. Он не успевает по большинству предметов.

По глазам бывшего мужа вижу, что для него это является новостью.