Надо же, какая неожиданность, говорит с усмешкой и хитрым прищуром. В тебе столько страсти, Лианда. Я и не догадывался, ведь на занятиях ты больше походишь на сонную рыбу.

Я раздражённо закатываю глаза: вот ведь заладил! И оттого, что я знаю в душе, что он прав, спорить хочется только сильнее!

Рада приятно удивлять, лорд Грейвуд, делаю шутливый книксен. Что до меня, то никаких неожиданностей для меня нет! Первое моё о вас впечатление оказалось верным! И я думаю, что всё сделала правильно, когда сбежала!

Ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь взгляд сделался ещё более пристальным, гипнотизирующим, цепким.

Я не говорил, что моё удивление приятное, он делает шаг по направлению ко мне.

Что? моргаю несколько раз, отступая назад, чтобы не дать ему приблизиться.

Я не привык, чтобы мне перечили, Лианда, снова шаг.

Это я уже поняла, продолжаю отступать назад. Поэтому и говорю: мы не поладим.

Глупости. Мы великолепно поладим, просто идеально, когда ты, наконец, усвоишь одну простую вещь. Я говорю. Ты делаешь. Только так, и никак иначе.

Никогда! шепчу горячо, и вдруг ударяюсь спиной о стену. Отступать дальше некуда, разве что к двери справа, но до неё не дотянуться.

Вам не удастся меня отчислить, хоть каждую неделю бейте я вытерплю!

Он настигает меня. Подходит вплотную. Упирается одной рукой в стену. Нависает надо мной. Его тёмно-карие глаза кажутся почти чёрными. Запах аниса перебивается терпко-пряным ароматом сандала. Он усмехается:"

"Моя маленькая наивная Лианда, скользит взглядом с моих глаз вниз, на губы, и обратно. Ты думаешь, мне было приятно вот это всё? кивает на мои перебинтованные руки. Я был уверен, что до этого не дойдёт. Кто ж знал, что ты упрёшься в эти розги?

И что теперь? смотрю на него настороженно.

Будете искать другой способ отчислить меня?

Этого не потребуется, он выглядит расслабленным и странно спокойным.

Вот только этот его пристальный взгляд мне не нравится. Словно он что-то задумал. И тут он подтверждает мои догадки:

Ты придёшь ко мне сама с заявлением на отчисление.

Что? от возмущения у меня даже перехватывает дыхание. С чего бы мне это делать?

Потому что я всегда получаю своё.

Не в этот раз! Я буду учиться!

Посмотрим.

И в этом его «посмотрим» столько полутонов! Обещание.

Неотвратимость. Угроза?

Открываю было рот, чтобы возразить, но в этот момент распахивается входная дверь, и внутрь входит, переваливаясь, полный мужчина с круглым лицом.

На нём белоснежная мантия с зелёной эмблемой из трёх бутыльков, как на входе в кабинет.

Он напевает какую-то песенку, размешивая ложечкой настой шиповника в жестяной кружке из столовой.

При виде нас он замирает, его лицо вытягивается, а кружка едва не летит на пол:

Гггосподин ректор? сипит он, заикаясь и ошарашенно хлопая глазами.