Свитер болтался на нем, будто с чужого плеча. Он тер спину и морщился – ему было привычно больно, к боли он тоже привык за эти три дня!

И тут Митрофанова решила: мысль о том, что человек ко всему привыкает, – гнуснейшая и подлейшая по своей сути, потому как человек не должен привыкать к боли и наручникам!

Никакой человек не должен, а уж тем более Володя Береговой, улыбавшийся ей так, как никто и никогда не улыбался, и тискавший ее ладошки, будто в них для него заключалась надежда и какой-то смысл.

– Где, черт возьми, мои сигареты?! – повторила Поливанова.

– Маня, мы должны его вытащить!

– Мы этим и занимаемся, ты не заметила?

– В карманах смотрела?

– Точно, вот они!

– Как ты думаешь, мы сможем?

Поливанова прикуривала, так и эдак отворачивалась от ветра, и все у нее никак не получалось прикурить.

– Нужно с Глебовым поговорить. Это раз. Нужно, чтоб Никоненко распорядился осмотреть его машину. Это два. Если листок с адресом действительно там, где он говорит, значит…

– Что это значит?

Маня затянулась и выдохнула дым.

– Значит, кто-то зачем-то дал Береговому неправильный адрес. Кто и зачем? Алекс сказал, что если Володя со стоянки у «Алфавита» поехал сразу в редакцию к Дэну и никуда не заезжал, то это можно проверить.

Кругом камеры! А Володя, на наше счастье, еще поругался с гаишником на Чистых прудах!

– Это нам что-то дает?"

"– Ну, конечно, дает, Катька! Пока его машина торчала поперек бульвара и возле нее скакал гаишник, в багажник уж точно невозможно было засунуть труп! А из «Дня сегодняшнего» Володя прямиком поехал в «Барские угодья»! Тьфу! – Поливанова вдруг разозлилась так, что плюнула в лужу, как беспризорник из фильма про двадцатые годы.

 – Слова-то, названия какие! Барская усадьба! Одни баре кругом! Пролетариев нету, все повывелись! Я последняя осталась, пролетарка Маша!..

– Да ладно, не примазывайся! Какая из тебя пролетарка Маша! Ты в доме на Покровке живешь, и квартира в пять комнат тебе от прадедушки досталась, знаменитого авиаконструктора Поливанова, про которого художественные фильмы снимали!

– Вот именно! – закричала Маня. – Вот то-то и оно, что все это художественный фильм, Катька! Инсценировка! И Володька им был нужен исключительно для подставы! Сразу! И адрес неправильный, и дом пустой, и труп на дорожке!.

. Матерь Божья, как это все так запуталось, а?..

– Распутаем, – решительно сказала Катя и посмотрела на свою руку, которую только что держал Береговой.

– А я поняла, чем там воняет, – сообщила Поливанова и посмотрела на небо.

– Чем?

– Страхом. Я теперь знаю, как пахнет страх.

И они помолчали.

– Завтра нужно поехать в редакцию к Дэну, выяснить все про этот адрес. Кто его давал? Кто записывал? Если давала Лариса, значит, она как-то замешана.