Нас усаживают почему-то во главе красиво-сервированного стола, как будто это не папин юбилей, а наша свадьба. Судя по тому, как в нас впиваются глаза всей присутствующей родни, это как в сказке: «Чтобы лучше тебя видеть, чтобы тебя съесть».

Со стороны мангала уже доносятся аппетитные ароматы, но мне под таким присмотром кусок в горло точно не полезет. Я пытаюсь затопить тошноту минералкой, когда тётя Катя, мамина сестра, вдруг обращается к Зарецкому:

— Андрей, мы уж думали, вы и в этот раз не сможете приехать. Я уже боялась, что вы женаты и делаете мозги нашей Леночке…

Тётя Катя ничего плохого не имеет в виду, но звучит это так, будто на меня позарится только женатик, а я такая клуша, что это схаваю.

— Лена не хотела меня с вами знакомить, — не моргнув глазом, подставляет меня Андрей.

Я аж давлюсь минералкой и закашливаюсь, когда горячая ладонь под столом гладит моё обнажившееся в разрезе сарафана колена. Причём все видят, что Зарецкий это делает.

Драмкружочник, блин!

Красная как рак, я ищу оправдания, потому что все взгляды устремились на меня, требуя объяснений.

Мне на помощь приходит мама, но лучше бы она этого не делала.

— Наверняка Лена просто заботилась о вас. Если уж вы только через три месяца тайных провожаний решились с ней заговорить, то родители предмета страсти вас, наверное, совсем смущали…

Рука на моём колене замирает.

— Как вам вообще пришло в голову сталкерить Лену? — подливает масла в огонь Кристина.

Мне страшно посмотреть в лицо Зарецкому, и я гипнотизирую столовые приборы.

— Она с первой встречи вскружила мне голову, — ровно отвечает Андрей. — Но теперь Лена от меня никуда не денется, правда же?

И я понимаю, что мне полная и безоговорочная звезда.

— Ну ничего, — подаёт голос папа, — сегодня вольётесь в семью. На рыбалку утром позвать не могу, но предлагаю завтра…

— Пап, — хриплю я, — мы не можем остаться с ночёвкой…

— Это ещё почему? — хмурится мама. — Дело, конечно, молодое, но у отца юбилей…

— У Андрея дела…

— Никаких дел, — руинит мои аргументы Зарецкий.

— Ты же не взял с собой ничего… — я делаю ему глаза, но Андрей, паскудненько мне ухмыльнувшись, добивает:

— С чего ты взяла? Всё в багажнике.

— Ну вот и отлично, — довольно подытоживает папа. — Вам оставили комнату на втором этаже.

Что? Комнату? Одну?

Глава 20

Ружья начинают стрелять

Нет, я, конечно, подозревала, что мероприятие выйдет для меня непростым.

Да что уж там, я гнала от себя все мысли о том, что я только закапываюсь глубже, убеждая себя, что это последнее враньё, а потом будет картинный разрыв, и всё закончится. Я постараюсь просто забыть об этом позоре.

Ну да. Ага.

Мастерство прятать голову в песок не пропьёшь.

Я же, так или иначе, буду сталкиваться с Зарецким на работе.