— О да, вижу, что у леди Шиллы был превосходный материал для практики. За вас, леди Вальдер! — Леон поднял кубок с вином и осушил его. — Сегодня у вас двойной повод для торжества. Все три ваши воспитанницы справились с первым испытанием, впрочем, как и остальные участницы. Правда, вы заработали штраф… Нельзя же быть совершенством! Тем не менее — поздравляю. И одну из воспитанниц я провозглашаю фавориткой отбора! Леди Рианна, вашу руку.

Я стиснула зубы. Хоть и ожидала подобное из подслушанного разговора, все равно стало неприятно. Троллить мачеху, которая и так меня ненавидит и ставит подножки на каждом шагу — это одно… А возбуждать зависть всех невест и их родичей — похуже будет.

Но Леон меня не спрашивал.

Вытянула руку, и Леон надел мне платиновый браслет, инкрустированный россыпью рубинов.

— Благодарю невесту за дар и счастлив одарить в ответ! Носите его, не снимая, леди. Пусть все видят, что отныне вы — фаворитка отбора.

Вот уж не было забот у бабы, так подарили порося. Впрочем, браслет с рубинами и платиной — вещь практичная. В отличие от порося, в смысле господина отбора.

Если придется уносить ноги из этого дворца, он пригодится.

До конца ужина Леон отсыпал еще немало шпилек в адрес нескольких невест — как я догадалась, из самых знатных и влиятельных семей. И полюбезничал с парой небогато одетых — видимо, из бедных и захудалых родов. И не раз еще проехался по Шилле.

По физиономии мачехи было видно, что она уже триста раз пожалела, что сунулась на отбор. Ничего полезного для дочек не сделала, а вот публичных унижений от лорда-наместника огребла по колено. Правда, у нее впереди был весь отбор…

Я еле дождалась окончания, хотя еда была невероятно вкусной и притом легкой, в самый раз для ужина.

Когда Сайна привела меня «домой» — в мои новые апартаменты, я предупредила, чтобы она ничему не удивлялась: я начинаю готовиться к новому испытанию.

Горничная закивала и убежала готовить ванну. А я сделала то, о чем предупреждала.

У меня не было при себе камертона, так что «ля» первой октавы я вывела, вспомнив одну из композиций нашего джаз-банда в тональности ля-мажор. Подхватив тонику, я начала распеваться.

У Рианы оказался приятный вокальный тембр.

Связки, конечно, нетренированные, но вполне пригодные к работе. Что ж, надеюсь, от невест не ждут колоратуру в третьей октаве[4] или зажигательный йодль.[5]

Для хвалебной элегии господину отбора вполне хватит полутора октав, с которыми голос Рианны прекрасно справлялся. А большего Леон не заслужил.

Сайна выглянула из ванной несколько ошалевшая. М-да, кажется, подобный метод распевок в Веравине не в ходу. Прежде чем начать репетиции, надо послушать, как работают другие невесты.