Чудище приземлилось на пол. Сделало шаг ко мне, и еще. Еле удержалась, чтобы опять не завопить. Пыталась отползти дальше от него — тщетно. А потом оно вдруг согнуло переднее ноги и опустилось на колени.

Не успела обалдеть, как с него спешился мужчина. И вперился в меня таким же жутким и яростным взглядом, как у его леденящей душу лошадки. В панике я и не заметила, что у монстра есть всадник. Зато теперь не увидеть его было сложно.

Высоченный, широкоплечий, по пояс обнажен. От тяжелого дыхания грудь вздымалась, упругие мускулы перекатывались под блестящей на солнце кожей. А дышал он тяжело от злости — таким гневным и разъяренным был его взгляд. Ярко-синие глаза сверкали, как острия джедайских клинков. Готовые пронзить меня насквозь. Копна густых светло-русых волос в солнечных лучах отливала золотом.

В иное время, в иных обстоятельствах я бы потонула в восторгах, разглядывая такой совершенный образчик мужской красоты. Сейчас никакая красота меня, мягко говоря, не трогала.

— Кто ты и зачем вылезла сюда, когда я выгуливаю своего илано? — рассерженно спросил этот брутальный красавец звучным раскатистым баритоном.

В голове молнией прорезались встречные вопросы. Куда — сюда? Какого илано? Кто он сам и что это за зверь? И да — куда я вылезла?

Я не вымолвила ни слова. Слишком непонятной была ситуация. И опасной. Неосторожными необдуманными речами я легко могла подставить себя. Но молчание тоже могло быть опасным.

— Говори! — напирал атлетичный блондин.

Его глаза, словно лазерные лучи, обшаривали мое тело, как намеченную жертву из оптического прицела. Но к желанию разорвать в клочья досадную помеху примешалось и другое… хорошо знакомое мне по сцене и мужским взглядам."

"Тут до меня, наконец, дошло, что я не в плотных джинсах, а в тонюсеньких шелковых тряпочках! Лежу на боку, а они порвались и задрались вплоть до самого белья… Белья?

К стыду и панике я вдруг осознала, что белья-то на мне и не было. Этот блондин видел не просто задравшееся платье. Он видел все!

Я задрыгала ногами, пытаясь подняться. Результат вышел плачевный. Я была обута в подобие греческих сандалий, но по бокам у них торчали странные отростки вроде шпор. Из-за них я никак не могла упереть подошвы в пол.

Прекратила дрыгаться, одернула юбку. То есть то, что от нее осталось. Не ахти какая защита от алчного взгляда синих глаз. Ткань платья была не просто тонкой, а прозрачной. На бедрах и груди — узкие подкладки из хлопка, скрывающие самое интимное. А вот ложбинку меж грудей глубокий вырез выставлял на всеобщее обозрение. Ну а поскольку я еще валялась на боку, все это съехало набекрень, и мои усилия привести себя в пристойный вид выглядели комично.

Блондин даже не пытался отвести лазерный взгляд.