— Лапушка! — взревела я.

А в ответ — тишина.

— Люси, время?! — по привычке поинтересовалась я, а в ответ всё то же безмолвие. — Точно! Я же тебя ещё не распаковала. И пылесос где-то там...

Вскинув бровь, я пакостно усмехнулась, глядя на наглого жучару, что покидать вторую подушку не собирался.

— Лежишь? Таращишься на меня? Смелый, да? А я сейчас Туки как распакую и каюк вам придёт. Он же жрёт всё, что на полу ровно и неровно лежит. Это пострашнее и жирянки, и мухоловки, вместе взятых, будет!

Жук пошевелил усами.

— Что не впечатлился? Летел бы отсюда подальше, пока цел, а то на завтрак пойдёшь.

Снова пошевелив усами, эта тварь ползучая расправила крылья и вылетела в окно. Открытое окно!

— Не поняла! Лапушка!

И снова тишина!

— Да, где вас с Жирей носит? Дамы вы, деятельные, где надо и не надо.

Я нехотя поднялась с кровати и, накинув на плечи одеяло, подошла к широкому подоконнику.

Свежо. Трава от росы блестит, воздух такой чистый.

Солнце только поднималось над далёкими горными вершинами, озаряя округу первыми лучами.

Как же всё-таки красиво.

Широкая лента мелководной горной речки стелилась между холмами, уходя куда-то за горизонт.

У перелеска рваными островками красовались цветочные полянки, на которые вчера я внимания не обратила.

Деревья, кронами подпирающие небо...

Глубоко вдохнув, улыбнулась.

— Как же это шикарно! — я ощутила себя счастливым человеком.

Резкий звук, похожий на удар металла об металл, отвлёк меня от созерцания природы. Повернув голову в сторону, обнаружила свою пропажу — Лапушка, важно перебирая толстыми корешками по земле, направлялась к ближайшим кустам, волоча за собой короткую маленькую садовую лопату. А за ней не столь бодро плелась жирянка с ведром.

Хм...

— Ну и чего вы там ещё удумали? — пробурчала я себе под нос, зная, что слуховые рецепторы у них не столь развиты.

Растения, вообще, охотились, больше полагаясь на движение своих жертв.

Мой планшет запиликал.

Быстро активировав вызов, улыбаясь, взглянула на бодрого Калеба. Муж стоял в комбинезоне на голый торс и подкидывал в руке странную штуку. Обычно распущенные волосы, доходящие ему до плеч, сегодня он собрал в аккуратный хвост.

— Это что? — любопытничала я, глядя на подлетающий кусок полимера.

— Взрывчатка, — он снова поймал и покрутил в руке эту штуку, показывая мне. — Я сегодня отработанную породу освобождаю.

— Не подкидывай её, — тут же переполошилась я.

— Она не опасна сама по себе, — он хитро усмехнулся. — Переживаешь за меня?

— Очень! — не стала скрывать я.

Кусок мягкого чего-то тут же отправился в его большой нагрудный карман.

— Дали, я вчера уснул. Как-то не очень получилось...— он склонил голову набок и так мило улыбнулся, что у меня сердце ёкнуло. Вот умеет же быть обаятельным.