Там стоит микроавтобус с раскрытыми задними дверями, в который как раз в этот момент толкают носилки с Владом. Его руки беспокойно двигаются на животе, а сам он что-то говорит равнодушно смотрящему на него Лютому.

Адам тут же. Накинув капюшон толстовки на голову, курит и наблюдает за тем, как убирают битое стекло с асфальта.

Нет, точно не из-за меня. Скорее всего, проштрафился где-то.

Немного успокоившись, я раздеваюсь до трусов и майки и снова залезаю под одеяло.

Свернувшись калачиком, концентрируюсь на мерном стуке дождя по стеклу и незаметно засыпаю.

Однако вскоре сквозь сон слышу звук открываемой двери и кожей чувствую скользнувший под одеяло холодок.

Открываю глаза и прямо перед собой вижу Лютого. Смотрит на меня, сидя на корточках у кровати.

Я ни пошевелиться, ни слова сказать не могу. Лежу перед ним ни жива, ни мертва. Во взгляде его как в трясине застряв.

Он не выглядит взбешенным или взволнованным. Черты его лица расслаблены, но пристальный взгляд из-под бровей и упавшая на лоб челка придают образу зловещности.

И запах... от него пахнет дождем, кровью и адреналином. Почти так же, как в ту ночь, что я нашла его раненого на берегу реки.

Сейчас я знаю, с чем ассоциировать этот запах и поэтому, сгребая одеяло в кулаки, подтягиваю его до самого подбородка.

Лютый реагирует незамедлительно. Протянув руку, тянет его вниз, и я не справляюсь. Ткань тут же выскальзывает из ослабших пальцев, и моя обнажившаяся кожа вмиг покрывается мурашками.

- Не надо... - пищу еле слышно, понимая, что это бесполезно.

Еще ни разу не помогло."

"Не помогает и в этот раз. Снимая с меня одеяло, он обнажает сначала плечи, потом грудь и живот и, наконец, бедра. Убирает руку и, упираясь локтями в колени, кладет подбородок на сложенные в замок руки.

Я промерзаю насквозь, словно температура в комнате резко падает до минусовых значений. Даже трястись не могу, настолько мне страшно.

Закрываю глаза, мечтая умереть на месте и вдруг чувствую это. Легкое, почти невесомое, прикосновение к руке, что ударяет разрядом тока. Его пальцы на плече, дорожка вдоль ключицы, контур груди и тяжелая ладонь на ребрах.

Резкий выдох, и меня разбивает дрожь.

Он играет. Забавляется, как лев с мышкой перед тем, как раздавить ее лапой.

Закусив губы, подавляю всхлип.

- Тшш...

Я открываю глаза, смотрю в потолок, пытаясь принять неизбежное, а Ян поднимается на ноги и начинает раздеваться. Снимает черную футболку, тихо бряцая пряжкой ремня, расстегивает и стягивает джинсы.

Я не смотрю. Я боюсь.

Услышав шелест фольги, догадываюсь, что надевает презерватив. В этот момент у меня перехватывает горло, и я прячу лицо в руках.

Трясет сильнее. Я дышу, пытаясь настроиться, но не отнимаю рук от лица, даже когда просаживается матрас и с меня стягивают трусы.

- Убери руки.