Но вид здания следственного комитета меня отрезвил. Все крамольные мысли о нас с боссом выветрились тут же. Уточнила номер кабинета у дежурного и довольно быстро нашла его. Я уже хотела было постучаться, но услышала на повышенных тонах, недовольный, причём с обоих сторон, мужской диалог.

От лица Михаила

С Волковой, как всегда, никакого разговора не получилось. Упрямая. Хотя и не глупая. Интуиция хорошо работает. Людей чувствует. Должна и меня. А её тянет ко мне как бабочку к огню. Открытому.

Я и сам как дурак. Как будто пьяный. Стоял и смотрел на то, как Катя поднималась к себе в комнату.

Голова полна всяких бредовых мыслей, а брюки буквально рвало от напряжённого члена.

Я, ругая самого себя на чём свет стоит, и едва сдерживаясь, чтобы не рвануть вслед девушке, вошёл на кухню, открыл верхний ящик и, пошарив там, выудил бутылку горячительного. Виски. Прикольное пойло. Не помню, правда, кто мне подарил. И шот. Раскупорил его и… вылил содержимое рюмки в раковину.

Я не пить хочу. Я Волкову хочу. До зудящих кончиков пальцев на ногах. Вкус губ и вкус вагины до сих пор чувствую.

Так я точно не успокоюсь и припрусь к ней. Нахрен! Этого ещё не хватало. Как мальчишка! Может, ещё серенаду спеть под окнами? Или как Соболь веник притащить?

Взял ключи от авто и двинулся было в сторону выхода. Затем бросил их на комод. Не хочу никуда… И вновь посмотрел на лестницу.

Что ломает-то? Как лев побродил возле её двери какое-то время. Потом принял отрезвляющий холодный душ и кое-как уснул.

Утром решил не будить. Созвонился с Соболем, который с похмелюги встретил меня в своём кабинете злой как чёрт.

— Мог бы сразу сказать, что забил бабу, я бы даже не лез, — огрызнулся тот, но руку подал.

Я её пожал. Понял, что похмелье не причина плохого настроения моего товарища. Ну что ж, друг, я тебя понимаю.

— И тебе доброе, не хворать! — разумеется, понял, что речь идёт о Волковой, — у нас сугубо деловые отношения, — и ведь не соврал, по крайней мере, формально, даже и то, что между нами происходило, вполне себе укладывалось в рамки контракта.

— Угу, а что это было вчера? — друг мрачнел на глазах.

— Ты меня извини, Соболь, при всё моём уважении к тебе и многолетней дружбе, у тебя что, заело на Волкову? Или у тебя закончились контакты в телефоне? Или твоя харизма иссякла, чтобы склеить себе девочку на ночь? — я сел на стул возле его стола.

— Чё это на ночь сразу? — возразил мне Антон и нервно закурил сигарету.

Я заметно напрягся и молча ждал продолжение.

— Мне Катя понравилась. Есть в ней стержень. И она не всё про деньги. Такие, как она в Москве не выживут. Без поддержки. Я готов оказать. Сказал же, что у меня нюх на хороших девочек.