- И именно поэтому, ты не сможешь достичь истинного мастерства, - Черный Генерал, сухой и не мощный старик, поднял перед собой меч. - Когда ты держишь в руках меч, ты держишь свою судьбу, - он провел мечом по воздуху. - Когда ты держишь в руках меч, ты держишь свой путь, - затем, плавно, будто убрал его в ножны. - Меч - лишь отражение того, что ты можешь в него вложить, Эрхард. Так скажи мне - что ты в него вложишь?

Одновременно с этими словами, на расстоянии в десять километров, вдруг затрещал высокий горный пик. А затем, с грохотом, соскользнул вниз. И гора, которая раньше пронзала облака, оказалась рассечена на две части.

И при этом Хаджар не ощутил никакого волнения в потоках Реки Мира.

Черный Генерал рассек гору без всяких мистерий или энергий.

Он сделал это простым взмахом меча.

- Проклятье…

Глава 1042

- И что это должно значить?

Хаджар и Эрхард вновь стояли на песке простой тренировочной площадки. Исчезла река, пропал силуэт Черного Генерала и молодой копии Последнего Генерала.

- Это был самый важный урок, который я получил от моего учителя, - Эрхард стоял напротив. Высокий, плечистый, грозный воин из прошлого. Фигура, которая до сих пор служила страшилкой в одних историях, и легендарным героем в других. - И ты либо поймешь его глубину, либо мы оба умрем.

- И как же, ко всем демонам, я должен понять слова Черного Генерала, если в данный момент лежу в грязи с твои проклятым мечом в своем сердце?

- Успокой свою душу, Хаджар Дархан, - глаза Эрхарда сверкнули сталью. -воину не престало барахтаться как рыбе в сетях. Твой разум должен быть трезв и холоден. Сердце - горячо, но как вулкан - мерно дышать, невзирая ни на что. Руки - крепки. Глаза - зорки. Ты сейчас - в этом мире. Иллюзия или нет - это не важно. Перед тобой, воином, стоит враг - твое нежелание видеть истину. Одолей своего врага. Одержи победу. Таков путь воина. Все остальное, кроме твоей битвы и твоей победы, лишь пыль, пристающая к твоим ногам. Отринь её.

Хаджар вздохнул.

Все это он уже слышал.

Слышал от тех, кто уже умер, в основном - был убит.

- Ты заблуждаешься, Эрхард, - Хаджар опустил на песок тренировочной площадки и сел в позу лотоса. - Но я не Эйнен, чтобы философствовать.

Эрхард смотрел на Хаджара, погрузившегося в глубокую медитацию.

Интересно, понимал ли юный воин, столь яростно ненавидящий их учителя, насколько они были похожи? Хаджар и первый из Дарханов?

Эрхарду казалось, что он говорит не с живым человеком, а тенью своего наставника…

В мире, где не было ни единого препятствия взору, летящему над океаном колышащейся в такт потокам ветра траве, облокотившись на камень, наблюдая за чистящей перья птицей в кроне единственного, невысокого дерева, сидел мужчина.

Средних лет, с седыми волосами и морщинами на пока еще молодом, но уже увядающем лице.