Борей (слишком уж ему понравилось, как когда-то давно его “назвали” при выписке из детского дома) курил и смотрел на то, как люди, порой переходящий через пешеходный переход, сетовали на то, что зима в городе опять началась внезапно.

Правда эта внезапность, почему-то, касалась лишь муниципальных служб. Остальные как-то не и не сомневался в том, что под конец декабря в самом северном мегаполисе мира будет снежно.

Хотя, если честно, так получалось не каждый год…

Выдыхая дом, Борей смотрел на то, как серые струйки закручивались спиралью и терялись среди снега и облаков.

Он любил этот город. Любил гранит мостовых и набережных, шпили и купола дворцов. Любил темную реку, рассекавшую город. Любил мосты, светящиеся ночью не хуже новогодней елки, любил улицы и проспекты. Архитектуру и атмосферу. Парки и сады.

- Это мой рай? - протянул Борей, опуская сигарету. - Или ад?

Метель ласкала крыши зданий. Ворошила снегом крыши машин, припаркованных у паребрика и на радость детям дарила им возможность поиграть в снежки. А на беду прохожим - заметала катки, которые сами собой раскатывались на тротуарах.

Правда, в этот ранний час, не было ни особого количества прохожих, ни, тем более, детей. Так что метель, пользуясь случаем, мела в свое удовольствие и никто не ругал её за очередной ушиб или того хуже.

- Ты долго бегал от меня.

Хаджар поднял взгляд. Перед ним стояла женщина с черными волосами, черными глазами, красивым лицом и полностью одетая в белую шубу-пальто, которая спускалась до черных, лакированных ботфорт.

- Мы уже встречались, - говорила она. - Тогда. В озере. Ты должен был умереть, дважды рожденный. Но ты сбежал от меня… мне не нравится, когда от меня сбегают.

Хаджар затянулся. Глубоко. Настолько, что защипало в легких. Он выдохнул облачко. Несколько мгновений оно напоминало кольцо, а затем рассеялось едва зримой глазу дымкой.

- Это сон? Или я уже умер?

Женщина подошла еще ближе.

Она чем-то напоминала духа, которого он встретил в оазисе - квинтэссенция черт самых прекрасных женщин, которых он только встречал.

Интересно, от кого у неё волосы цвета ночи, в которой затушили и звезды, и луну?"

"Сигарету обожгла пальцы. Но Борей все равно затянулся. Сжигая фильтр и пальцы, он наслаждался тем, как огонь грызет кожу на двадцати градусном морозе.

Он любил зиму.

Когда-то давно, в больничной палате это было одним из немногих его развлечений - смотреть как мороз украшает окна различными узорами.

А затем, уже когда он бродил по миру в образе калеки, то зимой ему даже удавалось пообщаться с людьми. Когда шел снег, то все спешили плотнее закутаться в одежду и в таком виде он, укрытый накидками уродец, мог сойти за “своего”.

- Сегодня я заберу, то что по праву всегда принадлежало мне, - женщина сделала шаг.

В её руках появился меч.