Корабль оказался довольно приличных размеров: метров под пятьдесят длиной, с приподнятыми носовой и длинной, двухступенчатой кормовой, частями и даже с десятком орудийных портов, прорезанных в борту. Но фок-мачта сломана, верхней реи на грот-мачте нет, только болтаются обрывки канатов, на которых она крепилась, минимум в одном месте (противоположный борт не виден) фальшборт топорщится щепками.

Нет, это уже не первобытная посудина-катамаран, о которых рассказывала Людмила. Тут уже пахнет полноценным средневековьем. А размеры корабля подразумевают наличие экипажа до трёхсот человек: под полсотню членов экипажа и 200–250 морских пехотинцев.

В теории. На практике — никакого столпотворения на палубе не наблюдается. Только на кормовом возвышении человек пять столпились возле кого-то, рассматривающего берег явно в подзорную трубу (если судить по позе).

— Да это же каракка! — охнула Наталья и отреагировала на мой недоумённый взгляд. — Ну, корабль эпохи Великих Географических Открытий. Я в Испании в турпоездке была, нам рассказывали про эти корабли.

Может быть, может быть. Только нам от этого не легче, что их строили в Испании или ещё где в Европе.

Посудина явно не испанская: у Испании красно-жёлто-красный прямоугольный флаг, а на этой… пусть будет каракке, пурпурный треугольный вымпел с вертикальной белой полосой у древка. Может, даже не государственную принадлежность указывает, а просто служит для определения направления ветра. Этакий морской аналог аэродромного «колдуна», бело-красного полосатого мешка, служащего для той же цели. Другой мир, другие профессиональные «инструменты».

— Перец, что у вас? — ожила рация.

— Довольно крупный корабль, три мачты, явно пострадал во время шторма.

Бухту прошёл мимо, но наши следы наверняка заметили.

— Насколько большой?

— Пожалуй, тонн на пятьсот водоизмещением. Идёт левым бортом к нам. В борту прорезано десять орудийных портов. Скорее всего, и на палубе есть какие-то орудия: без бинокля плохо видно.

На кормовой надстройке вспух клуб сероватого дыма, и я повалил Наташу на землю. Для гладкоствольных средневековых пушек дистанция полкилометра — запредельная для прицельной стрельбы. Но чем чёрт не шутит?

Не попали, конечно. Фонтан мокрого песка поднялся метрах в пятидесяти правее и с недолётом метров сорок.

Судя по количеству поднятого песка, калибр небольшой, миллиметров 40–50. Значит, нас точно заметили, и наведаются в гости, когда найдут бухточку к югу от нас.

— Перец, что там случилось?

Голос Артёма звучит взволнованно.

— Они обозначили, что видят нас. Скорее всего, хотели пугануть, чтобы на них не напали при ремонте корабля.

— Понятно. Когда придёте?

— Сейчас, помашем платочком вслед, когда за мыс будут уходить, и двинемся.

— Принято.