А до этого я успел сделать три ходки на пляж за соляркой, продуктами и запчастями. Так что незнакомый голос из динамика рации «Перец, ответь Дубу» застал меня врасплох.

— Дуб, я Перец.

— Зажги какие-нибудь огни, чтобы мы знали, куда идти.

— Где вы находитесь?

— Какой-то пляж со следами колёс.

— Принято. Груза с собой много?

— На себе за один раз не унести.

— Ждите, через пять-семь минут подъеду.

И кому взбрело в башку забрасывать людей после заката? Это же тропики: солнце зашло, и сразу же наступает ночь.

Вот и пришёл конец «мечте мизантропа».

* * *"

"Четвёрка стояла метрах в тридцати от берега, жмурясь от яркого света фар. Чтобы не слепить их, чуть довернул в сторону, и… рванул с плеча автомат. Длинная, в треть магазина, очередь выбила из чёрной бесформенной массы фонтаны тёмных брызг.

Дуб, в котором я сразу признал опытного волчару, среагировал быстро.

— Ложись! Граната!

Слава богу, не «фенька», а наступательная РГД-5. Иначе бы дело не обошлось разбитой фарой трактора. Стеклом фары, а не лампочкой.

Груду белковой слизи, похожей на содержимое раковин мидий, раскидало по пляжу, а часть этой дряни улетело и в море.

— Что это было? — отряхиваясь от песка, спросил меня мужик со знакомым лицом.

Вспомнил! Тот самый медик из лаборатории, где меня терзали прививками, «олл-райт с тамбовским акцентом».

— Сходи, выясни, — фыркнул я. — Кто-нибудь к воде подходил, пока меня ждали?

— Я, — растерянно объявила единственная в компании женщина. — Завертелась, перед отправкой в туалет не сходила.

— Понятно, — кивнул я. — Месячные?

Женщина, смутившись, кивнула.

— Быстро кидаете груз в прицеп и шагаете следом за трактором. Дуб замыкающий, — объявил я, меняя автоматный магазин.

Подгонять никого не пришлось: видимо, подействовала двухсоткилограммовая «вустрица», успевшая одолеть половину расстояния от воды до людей к тому времени, когда попалась в свет фар. Ну, и всплески в тех местах, куда долетели ошмётки этой «биомассы».

Груз перетаскали в «гараж» быстро: впятером — это не в одиночку. И только потом вломились в «кают-компанию», где и познакомились.

— Артём Листьев, «Дуб». Безопасность, механизмы.

— Василий Машко, «Док». Медик.

— Игорь Славин, «Мороз», электрика, сантехника и холодильное оборудование.

— Инга Гринберг, «Пума», связь, компьютеры, программирование.

Уже перед отбоем улучил минутку и заглянул в каморку, где когда-то жила экспедиционный «компьютерный гений».

— Пока месячные не закончатся, за периметр Базы ни шагу. И немедленно переходи с прокладок на тампоны.

Женщина покраснела.

— Но я не пользуюсь тампонами?

— Почему? Склонность к токсическому шоку?

— Нет. Просто… у разных людей в разных местах разное количество нервных окончаний, — ещё больше смутилась Инга.