Не сложно же это запомнить?

Посетитель неуверенно кивнул.

— Грамотный у вас есть, кто-нибудь?

Мужчина опять кивнул.

— Вот и замечательно, здесь всё написано, — Михаэль протянул бутылочку, указывая на бумажку, примотанную к горлышку нитками. — Только ночью зелья дороже, с вас две монетки.

— Как? — вытаращил глаза покупатель. — Почему бы это?

— Потому что, вставая ночью, я разбиваю свой сон, значит, плохо высплюсь, и днём не смогу полноценно работать.

Мужчина пожевал губами, размышляя, потом кивнул и протянул две монетки:

— Это справедливо.

— Приходите за снадобьями днём, и вам не придется платить больше, а мне — прерывать отдых.

Покупатель ещё раз кивнул и скрылся в темноте.

Со следующими страждущими всё прошло также — люди безоговорочно заплатили больше, признав справедливость нововведения."

"Утром в руках хорошо выспавшейся Мариэты всё буквально летало, и даже новая вольность, которую её помощник проявил в отношении ночных цен, настроение ей не испортила.

Более того, она признала, что граф поступил верно, ей самой давно следовало поднять стоимость снадобий, если за ними приходили в неурочное время.

Глядишь, по ночам перестали бы шастать те, кому не к спеху, и она не вскакивала бы по пять раз, прерывая сон.

Да и выручка за сутки получилась больше, чем обычно была — нововведения «брата» работали отлично, жаль, что она сама до такого ранее не догадалась!

— Ой, Марита, как же тебе повезло, что приехал брат! — Смияда просто лучилась от радости. — Ну, какой же он умный и обходительный! И так всё понятно объясняет!

Жаль, что помолвлен, а то бы, как здорово — вы с Талиром и он с Рушаной! Жили бы по соседству, горя не знали…

— Смияда, я не собираюсь за Талира замуж, а Михэ — менять невесту.

Думаешь, мне только про Рушану говорили? Да уже добрый десяток невест назвали! — засмеялась Мариэта. — Хоть конкурс устраивай или гарем, вон, как у сатика в Андастане.

— Нет, нам гарем ни к чему, а отмахиваться от Талира ты не спеши. Я же не говорю, что прямо сейчас, — возразила соседка. — Пройдет ваш траур, за это время ты его лучше узнаешь, привыкнешь. Талир не будет тебя торопить. А с Михэ — жаль, конечно, но раз он не хочет никого, кроме невесты, то, что тут поделаешь?

Мариэта только головой покачала — похоже, её никто не слышит.

Сами себе придумали, сами поверили. Что же будет, когда она откажется от брачного ритуала? Талир — неплохой человек, и семья у него достойная, но не хочет она никакого мужа! Ей и одной неплохо.

— Может быть, взвар или отвар принести? — спросила она соседку.

— Нет, спасибо, Марита, некогда мне, — отмахнулась соседка. — Я же что забежала — уже знаешь, что приехали важные люди, маги, ищут какого-то раба?

— Раба? — Мари почувствовала, как онемели у неё губы. — Но у нас, ни у кого нет рабов.