Пожилой, видимо, шевалье Дарстан, был ему совершено незнаком. А женщина… Женщина кого-то напоминала.

Поколебавшись, Михаэль снял портрет, вынул его из рамы и, свернув трубкой, сунул себе за пазуху, решив еще раз внимательно рассмотреть при дневном свете.

Больше его тут ничто не задерживало, и милорд вернулся в дом сапожника.

За окном начинало сереть небо, всё отчетливее проявлялись очертания окружающих предметов — совсем скоро рассвет, хозяин обещал поднять вместе с солнцем и показать дорогу к господскому дому.

Раздевшись, мужчина опустился на кровать, спеша урвать хоть один оборот сна.

Солнце взошло как-то слишком быстро, но Михаэль встал после первого же стука.

Легкий завтрак из молока и хлеба, и вот он идет вслед за сапожником по улице.

— Смотри, тут не заблудишься. Идешь, всё время прямо, дорога поворачивает, но ты дальше по тропке. Она в овраг, и ты туда, она на холм, и ты за ней. Взберёшься наверх — увидишь поместье. Тропка к задам выведет, меньше оборота хода здесь. А по дороге все три потратишь.

Поблагодарив, Михаэль зашагал по дороге, довольно быстро дошел до места, где дорога сворачивала, и скрылся за ветками, нависшими над едва приметной тропинкой.

Убедившись, что поблизости никого нет, а с дороги его не видно, мужчина открыл портал — зачем идти, когда на вершину холма можно перенестись?

Сверху поместье было видно, как на ладони.

Самое время оглядеться, проверить, не сползла ли иллюзия, и можно спускаться вниз.

— Хозяина вашего, где найти? — обратился Михаэль к первому встречному работнику, тащившему бадью.

— Их Милость так рано не встает, — ответил парень. — А тебе, мил человек, чего надо?

— Работу ищу.

— Раб-о-ту? — парень поставил бадью и вытер лоб. — И что умеешь делать?

— Писарь я.

— А! Ну, это к самому надо. А то, если на полевые работы или к скотине, то это к управляющему. Он во-о-н там, за той пристройкой. О, слышишь? Шумит… Опять кто-то провинился. Ну, я пошёл, удачи тебе!

Михаэль без колебаний свернул к пристройке — слуги многое видят и примечают, если правильно задать вопросы, можно многое узнать о жизни хозяев.

— Кто таков? — мужчина лет пятидесяти недобро смотрел на подходившего Михаэля.

— Я хороший писарь, почерк ровный, законы знаю, языкам обучен.

Управляющий качнул головой:"

"— Мне неизвестно. Их Милость встанет оборота через два, а то и три. Хочешь — жди. Но я не уверен, что тебя возьмут. Хозяин в состоянии сам письма писать.

— Я подожду.

— Тогда иди вон туда, где красные цветы, видишь? За ними повернешь за угол дома, там вход для прислуги. Жди там, как барон проснется, о тебе доложат.

— Спасибо! — граф еще раз поклонился и повернулся уходить.