Если я сейчас не сделаю этого - взорвусь. Как только торможу, она распахивает глаза и смотрит недоуменно и вопросительно.

-Не поняла? Там дорога перекрата или что? - спрашивает Ирада.

А я сказать-то ничего не могу и просто обрушиваюсь на нее новым поцелуем. И она сама откликается, пальцами в волосы зарывается, ногтями кожу на затылке царапает, отчего мне невероятно хорошо, потому что эта девочка - чистый кайф.

Целуемся долго, пока песня не заканчивается, а после я первый ее отпускаю, снова падаю в кресло, откидываю голову на подголовник и перевожу дыхание. Ирада поправляет юбку, футболку и волосы, в глазах озорной блеск и нескрываемая радость.

-Мы вообще-то на кладбище едем, - поворачивается ко мне.

-Не удержался. Я же не железный.

Ирада тихо смеется и стыдливо прикрывает лицо ладонью.

-Ничем не могу помочь, - расплывается в улыбке.

-Жестокая, - хмыкнув, ровно сажусь и завожу мотор. - Поехали, пока я снова не сорвался.

Через несколько минут мы добираемся до кладбища и Ирада говорит, с какой стороны ближе подъехать, чтобы долго не идти до могилы. Удивительно, но оказалось, что ее родители похоронены в том же квадрате, что и моя мама.

Ирада, уже успевшая повязать платок на голову, вытаскивает из машины ведро, в который сложены перчатки, тряпка, маленький веник с совком. Перед тем, как сесть в машину, она забежала в магазин у дома и купила пятилитровую бутылку воды, которую теперь несу я. До могилы ее родителей доходим за минут десять. За черной, узорчатой оградкой аккуратно выложена плитка, а сами места захоронений засыпаны декоративным щебнем. Гранитные надгробия одинаковые прямоугольные и строгие с выгравированными полумесяцами, именами, фамилиями, датами рождения и одной датой смерти на двоих. У мамы Ирады интересное имя - Мавлюда, а папу звали Сухрабом. На мусульманские памятники не наносят фотографии, а на могилы не несут цветы, да и на кладбища в основном ездят мужчины-сыновья.

-Апа, дада (уйг. – мама, папа), привет, - с ласковой грустью улыбнулась Ирада. - Извините, Саба сегодня не смогла прийти - Адик сопливит. Зато вот, - чуть повернувшись ко мне, продолжает она, - знакомьтесь, Аслан. Мой…близкий человек. - Скажи что-нибудь, - шепотом просит она и косится на меня.

-Здравствуйте, - растерянно говорю я.

-Мы тут у вас немного потопчем. Потерпите.

Сейчас она совсем другая - не бойкая девчонка, а ранимая и печальная девушка. Вызвался помочь ей, чего она не ожидала и даже шутливо заметила, что я, наверное, тряпки и веника в жизни не держал.

-Зря ты так, - оправдываюсь. - Мама меня гоняла наравне с сестрой.

-Ну хорошо, тогда убери листья с плитки, а я пока таблички и оградку протру, - дает указания, выливая воду из бутылки в ведро.

-Хорошо у вас здесь все устроено.